Восхождение язычника 5 (СИ)

Развернувшись, я окинул взглядом свое войско и уже разведенные костры.

— Пусть лучники поджигают стрелы и стреляют, — махнул я в сторону города. — Могута, Дален, и ты, Путята, берите свои десятки и обойдите город с другой стороны. Сторожите, чтобы никто не убег, брат, используй свой дар, а ты, Путята, и Дален артефакты. Ежели их будет слишком много, в бой не лезьте и шлите мне вестника.

— Сделаем, — закивали ближники и направились собирать людей, а я вновь повернулся к городу.

Лучники запалили стрелы и начали метать в сторону города, летели они одна за одной, я лишь молча наблюдал за этим.

Защитники города легко справлялись с этой напастью.

Возможно, по меркам моего прошлого мира, это назвали бы жестокостью, вот только здесь иное отношение к таким вещам. Чудь для меня не друзья и первыми проявили свою агрессию. К тому же немаловажный факт, что таким действием я устрашу иных людей, и они будут более сговорчивыми. Одним этим я могу избежать будущих жертв и сберечь жизни людей.

Дождь из огненных стрел продолжал падать на поселок, над которым начал появляться дым, и ветер принес мне запах чего-то горелого, заставив сморщиться.

— Дам я им еще один шанс, может, и одумаются, — произнес я себе под нос. — Прекратить стрелять! — заорал я громко, выпустив силу ветра. Которая тут же взвилась вокруг меня, я двинулся в сторону ворот, и уже со стороны врагов полетели в мою сторону стрелы и дротики, и не один не достиг меня. Впрочем, не первый раз я уже такое осуществляю, и что-то мне подсказывает, не последний.

Приблизившись к воротам на семь метров, я тут же ударил в них воздушным тараном.

Бум, бах — снесло ворота, оставив зияющий проем.

— А-а-а, — тут же раздались крики со стороны поселка.

Видать, кого-то зацепило.

Останавливаться на этом я не стал и два раза ударил воздушным тараном уже в защитную стену, в которой появились две огромные прорехи, и, развернувшись, я спокойно вернулся к своим войскам.

Найдя взглядом Герася, заговорил:

— Переводи им. Ваши жизни в моей и власти. Они не стоят ничего, и вас ждет лишь смерть. Стоит только мне приказать, и здесь будет пепелище. В своей милости я говорю вам, склонитесь передо мной и подчинитесь мой власти. И вы будете жить!

Герась тут же перевел мои слова и кричал он громко, чтобы его услышали все.

Над селом повисла тишина, пару минут оттуда не раздавалось ни звука, а после понеслись какие-то крики и звон оружия, и вот на стене появился десяток людей и что-то мне прокричали, в этот раз голос говорившего был другим.

Короткий взгляд на Герася, который тут же перевел мне:

— Они сдаются и принимают твою власть, Яромир.

— Чудесно, просто чудесно.

— Хрерик, — обратился я к рядом находящемуся норману, — пошли кого-нибудь к Могуте и Далену с Путятой, пусть возвращаются.