Восхождение язычника 4

— Мирослава, Мирослава, — заорал дед в сторону.

— Чего? — отозвалась та из ближайшего сарая и выглянула оттуда.

— Скажи Квазу, пусть бежит до Вострика, у него на подворье Купава живет, и передаст тому, чтобы собирался, не мешкая, и сюда шел, его Яромир ждет.

— Сейчас, — ответила Мирослава и отправилась в глубь подворья, выкрикивая Кваза, а через минуту молодой парнишка бегом убежал с поручением.

— Деда-а? — протянул я. — А где Мирош, что-то я его не увидел среди людей, и Ласка вся заплаканная была.

Прадед нахмурился и ответил не сразу, голос его был тяжел:

— К богам ушел, нету его более.

— Вот так, жить не хотел, два раза топиться в воде пытался. Его Ласка и люди вытаскивали. Я с ним не раз говорил, не хотел он жить, не держала его земля больше. Это он там умирать не хотел, в полоне, на глазах тех, кто его обкорнал, на одном упрямстве тянул. На воле да на родной земле решил умереть. Я его и отпустил к богам лично, а после требы принес, чтобы у него было хорошее посмертие. Боги их приняли, — все тем же тяжелым голосом произнес прадед.

Пока не появился Купава, с дедом мы не обмолвились и словом, каждый из нас думал о своем. Купава был готов к отправлению, забрав пару мешков с вещами, не став рассиживаться, мы прошли к кораблям и отправились к моему городищу. Котороем ои люди без моего на то ведома, назвали Ярово городище.

Узнав об этом, я скривился, но, немного подумав, просто махнул рукой. Сам ведь название не смог придумать, а так в мою честь назвали город, приятно, черт возьми.

Добраться удалось без больших неприятностей, не считать же за них разыгравшуюся непогоду.

Когда корабли клюнули землю, меня окликнул Хрерик.

— Мой ярл, смотрите, — и он указал рукой вверх на холм, на котором расположился мой городок.

На защитной стене стоял воин, полностью одоспешенный, и махал руками, пытаясь привлечь наше внимание, он еще что-то кричал, но до нас долетали только обрывки слов, так что понять ничего было невозможно.

— Так, все остаются здесь, — серьезным голосом проговорил я и,спрыгнув на берег, начал подниматься по крутой тропинке вверх к городищу.

Спешить я не стал и, поднявшись по крутому берегу, выглянул вперед, заприметив каких-то непонятных людей, а также со стороны, где располагались ворота, звучали крики.

Пригибаясь, я прошел в сторону, прячась в кустах, когда открылся вид на другую сторону городища, где располагались ворота, там была вооруженная толпа.

— Десять, двадцать, пятьдесят…— начал я считать вслух. Их было не меньше трехсот, вооружены они были весьма разнообразно, кто с копьем, кто с топором, но больше всего людей было с обычными деревянными дубинами.