Восхождение язычника 5 (СИ)

Попрощавшись с родичами и прихватив золото от дядьки Колояра, я столкнулся с проблемой. У меня не было достаточно команды на все корабли, и, посоветовавшись с Колояром, я оставил у него две малые ладьи и одного из своих людей на зимовку. Дабы он следующей весной показал, где находится мой городишко, и дядька там же забрал приготовленный для продажи в Византии товар. На том и порешили и, загрузившись на судна, отправились домой.

Под моей рукой же теперь собрался нешуточный флот, три боевых судна и два больших торговых, так еще и малые ладьи. Надо будет подумать, как все это богатство использовать в следующем году.

Тем временем мы спокойно шли по морю, несмотря на волны и мерзкую погоду.

Идя по Нарве, я предвкушал встречу с родными, но главное желание у меня было помыться и пропарить косточки, так как холодный ветер и дождь меня достали.

И каково было мое удивление, когда я увидел на реке возле города малую ладью, все-таки сезон почти закончен, скоро холода. Правда, несмотря на это, мне еще в Новгород надо успеть сходить и забрать Димитра.

Причалив возле берега, я спрыгнув на землю.

— Могута, Путята, за главных, проследите за всем. — И я махнул рукой вокруг.

— Исполним, сделаем, — отозвались они, а я направился по тропинке вверх, надо будет холопов в помощь направить.

Поднявшись по крутизне к городу, я увидел возле ворот толпу народа, и все они были в броне и вооружены. Среди толпы я увидел Филиппа и Кастора, беседующего с каким-то представительным мужиком, одетым в меха. За спиной Филиппа и Кастора стояли стражи города, да и защитной стене маячил также десяток людей, в руках у которых были луки и дротики.

Мои люди меня не заметили, очень уж они были увлечены разговором, и, судя по всему, он у них не клеился.

Приблизился к ним, но у меня на пути встал незнакомый вой.

— Куда прешь? — рыкнул он на меня.

Толчок ладошкой в грудь, и он отлетел с моего пути.

— Здравы будьте, Филип и Кастор, — громко произнес я.

Филип дернул головой в мою сторону, и тут же на его лицо вылезла улыбка.

— Здрав будь, Яромир, — довольно произнес. Кастор же отвесил мне поясной поклон, а на его лице мелькнуло предвкушение.

— А это кто такие? — кивнул я на чужаков. — На гостей торговых не больно-то они и похожи.

— А это, Яромир, люди посадника Псковского, вот урок требуют уплатить, — хмыкнув, произнес Филипп.

— Да ты что говоришь. Прям так и требуют? — хмыкнул я, спрашивая у Филиппа, который лишь руками развел.

— Понятно. — И я уставился на чужака, который до этого говорил с Филиппом и Кастором.

Это был мужчина явно старше тридцати, битый жизнью! У него был шрам, рассекающий правую бровь, и еще один через щеку. Мужик с большим носом и черной бородой, зелеными глазами, в которых читалась наглость и уверенность в собственных силах.