Восход. Солнцев. Книга IV (СИ)

 — Не прикасайся! Понял? Никогда!

— Капитан, — сдерживал я свою злость, когда посмотрел на догорающих монстров. — Вы не в моем вкусе, так что не обольщайтесь! Настолько увлеклись убийством, что чуть не пострадали.

— Ничего бы со мной не случилось, сопляк! — воспылала Майорова. Наверное, мои слова ее задели. — Я побольше твоего выходила за стену и сражалась с монстрами. В твоей помощи не нуждаюсь! Понял?

— Как скажете… — подошел я к медвежьим друидам, наклонился проверить, что уцелело. Ничего! — Глупая затея была вас отправить за стену! Трутень ошибся.

— Закрой свой рот! Идиот… — схватила она меня за грудки и подняла. — Твой ограниченный мозг не способен понять всего, что видит и знает мой учитель. Делай то, что тебе, ущербному, позволили, молча. Тогда, возможно, ты проживешь этот день.

— Бедная девочка… — помотал я головой.

— Что? Что ты сказал? — ее руки загорелись, сжигая мою куртку.

Улыбнулся и вырвался из захвата. Развернулся и пошел в другую сторону. Достала! Помешанная дама с комплексом великого папочки, которого нужно радовать. Трутень, зачем ты мне вообще ее подсунул?

Три редких монстра… Три железы… Идиотка! Как можно быть настолько беспечной? Может, у них там с Трутнем хоть жопой жуй зелий и эликсиров, а мне они нужны!

Майорова стояла на месте и молчала, пока я удалялся. Александра вспомнила слова своего погибшего отца, их часто повторял и Весемир: «Бедная девочка…». Капитан больше всего на свете не любила жалость. А сейчас наглец ей прямо в лицо сказал…

Майорова взяла себя в руки моментально. Взрыв, к нему Александра и правда была не готова, но… Солнцев ученик! Как почувствовал? Обычно это она всех спасала в отрядах за стеной. Конечно бы, не пострадала, но его действия… То, как он себя ведет — специально показывает, что не считается с ней, не уважает. А тут просто взял и попытался помочь…"

"Через минуту Александра нагнала меня и пошла рядом. Не проронила ни слова, что меня абсолютно устраивало. Сосредоточился на своем умении — никого. Мы прошли уже километр. Свежесть увядающего леса, готовящегося ко сну зимой, приятно бодрила. Предчувствие шептало, что мои люди еще живы, поэтому я так уверенно брел дальше.

Майорова больше не протестовала, не пыталась меня ткнуть в то, что я сопляк, а она целый капитан и только ей ведомо, куда идти. Направление я выбрал, прислушавшись к железе, лучшего компаса на монстров у меня нет.

Чем глубже мы заходили, тем меньше деревьев встречалось. Наступил и почувствовал легкий хруст под подошвой сапога. Остановился. Трава была покрыта инеем, словно какая-то граница, разделявшая территорию. Дальше лежал маленький ковер из снега, из которого вылезали еще зеленые травинки.