Восход. Солнцев. Книга II

Вообще такое запрещено, все через канцелярию, поэтому она и проверила.

В письме глава Царевых просит дочь убить Солнцева Бориса Ивановича. За это он вернет ее домой, восстановит в роду и не будет выдавать замуж. Она сможет по-прежнему служить семье как убийца.

— Что же ты задумал, Борис? — спросила Долгорукова сама себя.

Глава 12

Возвращался так же аккуратно, как и шел к Софье, во всяком случае, старался. Сегодня будет продуктивный день. Должен. Долгорукова сказала, что вчера вернулись отряды из-за стены, а это значит, они принесут монстров.

Лавка Троцкого сгорела, какая плохая новость. Есть еще несколько лавок, но я придумал одну замануху. Софья послала сообщение в часть, значит скорее всего приедет Самсон. Убийцы в городе, это не то что он может пропустить. Пока все складывается. Уже начало светать, я как раз вернулся, когда Альберт с Толиком уходили.

Ребята заглянули в пункт приема и потом побрели «домой». Нужно не забыть их отблагодарить. Пока шел, думал насчет Царевой. Высокий шанс, что девочка решит принять предложение отца? Уж больно ее оскорбили, задели, унизили. И вернуться в род… Может, это ее мечта? Если так, то она дура! Понимаю, вдова и все остальное. Мне такие люди не нужны, и я ее убью, если она попытается на меня напасть.

Но это не сейчас. Поэтому и дал письмо Софье, пусть доставит, проверим, что там в голове у Лизы. Поднялся на второй этаж нашего пункта приема, зашел в свою комнату.

— Рота, подъем! — крикнул я так, что ребята свалились, один со стула, второй — с кровати, на которую уже забрался. Володя, блин!

— Боря? Что случилось? — продирая глаза, спросил Дима.

— Наступило утро, и пора пахать! Сегодня важный день, господа аристократы.

— С тобой все в порядке? — уставился на меня Владимир. — Я ночью в тебя столько всего влил, даже удивлён, что ты живой.

— Ай! — схватился за голову Борзов.

— Напомни мне не подпускать тебя к себе и не принимать ничего из твоих рук! — сказал я пареньку.

— Да шучу я! Шучу. Зачем сразу бить? Я все проверял на себе, отпивая, и на запах. Влил в тебя десять штук магического восстановления, лечилки, и еще что-то было. Уже не помню, — чесал свою голову Борзов. — Дима, а у кого ты выкупил все эти зелья, напомни?

— Алексей, слуга из рода Троцких. Они с южной зоны. А что? — посмотрел Говорунов на Володю.

— Да так… — замялся Борзов. — Странные какие-то зелья. Вроде все так, но в них что-то еще есть. Понять не могу, что. Ладно, разберусь — скажу.

Дима с Володей побежали в лавку за бумагой и краской. Я им дал десять минут и деньги. Ничего так не бодрит по утрам, как чашка чая, которую они принесли, и завтрак. Пока я ел яичницу с беконом, закусывал черных хлебом, мои мальчики трудились в поте лица.