Восход. Солнцев. Книга II

С вами, дураками, я даже говорить не собираюсь. Достали!

Поднялся на второй этаж. Зашел в свою комнату и переместился в душ. Новая одежда испорчена, сил никаких. Были бы зелья, но чего нет, того нет. И пока единственное, что я могу сделать — это лечь спать, хоть как-то восстановлюсь.

Завалился на кровать. Горели уши, так, будто меня кто-то вспоминает добрым словом.

* * *Самсон в грузовике по направлению к стене.

Трутень после того, как изменил воспоминания почти всем участникам сражения, приказал разобраться с теми, кто остался в отрядах, где были потери.

Поэтому почти сутки перенаправляли солдат в другие части. Со словами, что за их выдающуюся службу они будут теперь стараться в другом месте, как и те, кто уже уехал. Погибшие в сражении.

С пострадавшими и оставшимися в живых придумали прорыв и амнезию от умения монстра. Все перечисленное нужно было провернуть в течение суток, и это помимо проблем и задач, которые свалились на голову нового лейтенанта.

Тут еще Верка убит, Солнцев что-то мутит в Охотничьем. А городок сгнил под управлением Вершинина или под его содействием. Не такого повышения хотел Твердохлебов.

Теперь еще разбираться с генералом Долгоруковым. Семен Аристархович — крайне жесткий человек. Тут даже непонятно, как к этой проблеме подступиться.

— Может, обойдется? — спросил себя с надеждой Твердохлебов.

* * *Сообщение генералу Долгорукову в сибирскую зону

«Господин. Ваша дочь вызвала на дуэль Солнцева Бориса Ивановича. Проиграла. Но это не все. Мальчишка ей ничего не сделал, только публично выпорол, на глазах у аристократов и военных».

Мужчина смял послание и выкинул в камин. Почти пятьдесят лет генералу, всю сознательную жизнь он воевал, боролся. На его кителе нет мест для всех медалей и орденов, которые он заслужил. Род силен как никогда.

Три сына, две дочери. Одна совсем маленькая — Эльза и Софья. Его гордость, она внешне больше всего на него похожа. А характер… Семен Аристархович со своей железной волей не всегда мог ее переубедить или заставить.

Хоть дочь и росла среди военных, тренировалась не покладая рук. Добилась успехов, и вот пришло выйти замуж. Так пигалица взяла и уехала на стену! И не вернется, пока звание лейтенанта не получит.

Жена генерала уже всю плешь проела по поводу дочери, а Долгорукову было приятно, что его Софья такая. Он гордился ей, хоть и стращал, но не собирался вмешиваться в дела девушки.

Он даже толком ее не ругал никогда, Софья была идеальным ребенком. Да и рука бы не поднялась на любимую доченьку. Мальшики получали по полной, битые были постоянно. А вот она…

— Выпорол мою дочь? Что ж, интересно на тебя посмотреть, молодой человек, — сказал генерал, улыбнувшись.