Восход. Солнцев. Книга II

Решил, что ему все можно? Как бы не так! Обозвать меня сукой…

Долгорукова шла на каблуках, которые она надела к вечернему платью, чтобы найти общий язык с Солнцевым и выторговать лучшие условия. Девушке приходилось останавливаться, потому что нога подворачивалась. Последний раз такую обувь она носила дома.

Софья подошла к пункту приема монстров, но уже без каблуков, которые она сломала, и закричала:

— Солнцев! Я вызываю тебя на дуэль!

Глава 10

Если сейчас в Диму влетит магия лейтенанта, то ему конец. Так еще Володя рядом, и лишусь я своих «лучших» сотрудников. Мышцы на ногах напряглись, я прыгнул. Почти в последний момент прикрыл ребят."

"Каменный кулак попал в мою защиту, разорвав ее на куски, потом вторую, и дошел до четвертой. Магические шары пришлось принимать на тело. Удар в живот — показалось, что мои органы стукнулись о позвоночник. Только я начал сгибаться, как прилетело в голову. Тут я прикрылся руками, которые отсушило. Они повисли плетьми, последний остался.

— Пронесло! — выдохнул я, когда Самсон развеял свою магию.

Очень не хотелось получать по бубенчикам. Твердохлебов спустился, Дима протрезвел моментально. Стоял, с открытым ртом и не спускал глаз с Самсона.

— Солнцев! — произнес лейтенант рядом со мной. — Ты меня разочаровал… Еще один косяк, и возвращаешься на стену как рядовой.

Твердохлебов вышел. Я повернул голову на Говорунова. Паренек весь сжался. Рот свои так и не закрыл в попытке оправдаться, глаза по пять копеек. Володя просто в шоке. Его челюсть делала движения вниз и вверх. Может он думал, что говорит, что-то?

— Дима, я даже не знаю, что сказать, — честно признался я. — Видимо, нужно было брать с собой девушек. От них точно меньше проблем.

— А я? Я ничего не сделал, — возмутился Владимир.

— Именно, мой друг. Ты ничего не сделал, — пожал я плечами. — Вы, будто маленькие дети, вас оставить на пять минут нельзя! Постоянно во что-то влипаете. Теперь я понимаю, почему вас на стену отправили.

Магическая сила на нуле, руки не слушаются. А придурки смотрят на меня. Была бы моя воля, вытряхнул их. Вот только ногами их, что ли, теперь пинать? Завтра получат от меня взбучку. Хрен им, а не свобода, из этого здания больше не выйдут! И я что-нибудь еще придумаю.

Только собрался привести себя в порядок, как на улице загорлопанила одна дама.

— Бляха-муха! Тебе-то чего надо? — спросил я сам у себя.

Открыл дверь. Стояла Долгорукова, в туфлях без каблуков, судя по виду, чем-то крайне недовольна. У нее тряслись руки от напряжения и губа — от возмущения.

— Солнцев, я вызываю тебя на дуэль! — прошипела она.

— Софья, иди отдохни! Вот совсем не до тебя сейчас, — ответил ей и уже закрывал дверь, как…

— Он согласен.