Восход луны

Листвичке было стыдно набивать брюхо в то время, когда племя оставалось голодным. Но она со вчерашнего вечера ничего не ела, если, конечно, не считать костлявую полевку, которую вряд ли можно было назвать едой.

— Я не могу… — выдавила она, малодушно стараясь убедить себя в том, что племени не станет легче, если она откажется от предложенного угощения.

— Еще как можешь! Что в этом плохого?

Листвичка не стала ждать второго приглашения. Она уселась над рыбой, обхватила ее лапами и впилась зубами в прохладную мякоть.

— Восхитительно! — прочавкала она.

Мотылинка просияла.

— Научись ловить, и тогда сможешь угостить свое племя.

Сама она едва проглотила пару кусочков, как будто была сыта и не слишком интересовалась едой."

"Листвичка с жадностью набросилась на оставшуюся рыбу. Если она сумеет принести в племя еду, это простит ей небольшое отступление от воинского закона, разве нет? Покончив с рыбой, она уселась на берегу рядом с Мотылинкой и стала ждать, не сводя глаз с прозрачной воды, под которой пестрела галька.

Незнакомый запах защекотал ноздри, а в следующий миг Мотылинка прошипела: — Коршун!

Листвичка почувствовала сильный удар под ребра и, опрокинувшись с камня, полетела в воду, бешено размахивая лапами. Зачем Мотылинка хочет ее утопить?! Но когда она снова вынырнула на поверхность, то увидела огромного кота, стоящего на берегу рядом с сестрой, и поняла, что Мотылинка просто хотела спрятать ее от посторонних глаз.

Осторожно подгребая лапами, Листвичка высунула нос из воды и побрела вниз по течению, пока не очутилась возле зарослей камыша, откуда можно было незаметно перебраться на свою территорию и спрятаться.

Однако Коршун остановился поболтать с сестрой, и Листвичка решила, что лучше переждать, пока он не уйдет. Мокрая, дрожащая, она замерла в камышах.

— …глаз не спускаю с племени Ветра, — услышала она, когда вода вылилась у нее из ушей. Я отлично знаю, что они воруют рыбу, и однажды я поймаю их за этим занятием.

— Но не здесь же, правда? — невинно спросила Мотылинка. — Племени Ветра удобнее воровать возле Четырех Деревьев, если, конечно, они вообще этим занимаются.

— Племя Ветра и Грозовое племя! — прорычал Коршун и вдруг добавил: — Я чувствую запах грозовых котов.

Листвичка задрожала и отступила подальше в камыши.

— Ну и что? Тут же рядом граница, — невозмутимо заметила Мотылинка. — Было бы странно, если бы тут не пахло грозовыми котами.

— Что-то не так в нашем лесу, — проворчал Коршун. — Все началось с того, что в каждом племени пропали коты. Ты помнишь, что сказали предводители на Совете? Исчезли еще четверо котов, кроме наших Урагана с Ласточкой. Я пока не понимаю, в чем тут дело, но непременно дознаюсь.

Листвичка напряглась.