Восход багровой ночи

Шериф заметил фотографии Устиньи Сатановской, Ивана Поликутина, а затем и Бориса Макарского. Столько людей уже погибло, а тайн становилось только больше.

Наконец Виктор привел его в самый дальний конец погоста, где все густо заросло тонкими чахлыми березками. Побродив между покосившимися памятниками, парень наконец нашел то, что искал.

– Это здесь, шериф! – воскликнул он. – Идите сюда!

Мезенцев приблизился, и Виктор показал ему небольшой памятник. Судя по датам, девочке действительно было всего восемь лет.

– Кошмар… – с горечью произнес Владимир. – Бедные ее родители… Пережить такое.

– Олеся Константинова, – прочитал Виктор имя, выбитое на камне. – Интересно. Я в нашем городе никого не знаю с такой фамилией.

– А я и подавно, – добавил шериф. – Прогуляемся до администрации кладбища? Узнаем, кто занимался ее похоронами.

Виктор молча кивнул, и они отправились обратно к воротам. С правой стороны от дорожки виднелось одноэтажное кирпичное здание с плоской крышей. Навстречу полицейским вышла молодая женщина в черных брюках и темной куртке.

– Полиция? – удивилась она, увидев их форму. – Вы ко мне?

– Вы здесь работаете? – спросил Мезенцев.

– Да, оформляю документы.

– Значит, вы-то нам и нужны. Мы пытаемся выяснить кое-что…

Женщина пригласила их войти. Виктор плюхнулся на свободный стул и назвал ей имя и фамилию девочки. Женщина подошла к большому несгораемому шкафу, занимавшему всю стену в тесном офисе, и начала рыться на полках.

– Компьютерам не доверяете? – спросил шериф.

– Абсолютно, – подтвердила она. – Бумага все вытерпит, а компьютеры имеют обыкновение сгорать, либо не включаться, либо хватать разные вирусы. Вы же в курсе, что случилось с городскими архивами?

– В курсе, – кивнул Мезенцев. – Но там как раз сгорели все бумажные документы.

– Поэтому я и храню все в несгораемом шкафу! – парировала женщина и постучала по толстой железной стене хранилища.

Виктор Шилов лишь улыбнулся.

– А вот и она! – провозгласила женщина, вытянув с верхней полки одну из папок. Она открыла ее и принялась просматривать скрепленные скоросшивателем бумаги. – Олеся Константинова… Всем занималась ее мать. Татьяна Белоброва.

Виктор едва не свалился со стула. Он тут же перестал улыбаться.

– Вдова бывшего мэра?! – ошарашенно спросил шериф.

– Ну, в то время она еще не была его вдовой, – сказала женщина. – Если мне не изменяет память, тогда они только-только поженились.

24

Доказательство верности

– Наверное, все уже слышали об инциденте, случившемся прошлой ночью, – хмуро заговорил Алексей Корф, когда все ученики темной академии собрались в столовой. – Хочу вас заверить, что виновный понесет самое строгое наказание за то, что совершил.