Восхитительная ведьма (СИ)

Он снова подчинился мне и упал спиной на постель. На его лице появилась ухмылка, но она тотчас пропала, когда я оказалась сверху — мои упирающиеся в постель обнаженные колени касались его бедер.

Одной рукой упираясь о кровать, я склонилась к Олегу — так, что волосы упали на его плечо, и положила ладонь на грудь.

Наши взгляды скрестились. Мой — насмешливый, и его — удивленный.

Я уложила его на обе лопатки, но ничего не собиралась делать. И Олег понял это.

— Уговорила, — сказал он. — Будешь притворятся моей девушкой.

Сердце застучало чаще — не он будет притворятся, а я? Что ж, надо отдать должное, Владыко умеет брать инициативу в свои руки — любит быть главным.

— Но играть будем по моим правилам, Ведьмина.

— И каким же? — изогнула я бровь.

Вместо ответа он неожиданно обнял меня, с легкостью прижал к себе и перевернулся. Я сама не поняла, как оказалась на спине, а Олег — надо мной. Он навис, разглядывая меня и улыбаясь так, будто задумал что-то. Такой близкий и далекий одновременно.

— Это еще что?.. — начала было я, но он закрыл мне рот поцелуем.

Глава 8

В первое мгновение мне хотелось оттолкнуть Олега, однако я сама не поняла, как стала отвечать на его поцелуй, делая это так жадно и неосторожно, будто в последний раз видела его. Я не управляла собой — поддалась острому желанию, которое не покидало меня с тех пор, как я решила показать Олегу его место. Я перестала контролировать себя и наслаждалась происходящим. Я просто сошла с ума.

Мои руки оказались на его плечах, и я чувствовала, как напряжены его мышцы. Мне нравилось это. Нравились его жесткие губы с легким привкусом кофе, нравились его настойчивые руки, нравилась легкая щетина на его лице и даже то, с какой легкостью он оказался сверху, нравилось до безумия. А понимание того, что у него от меня сносит крышу, добавляло драйва в этот странный поцелуй, который больше был похож на борьбу. Правда, короткую. Олег вдруг отстранился от меня, а я разочарованно выдохнула короткое ругательство.

— Наверное, я слишком тороплю события? — сказал он насмешливо. Он хотел дать мне возможность прекратить это, но была ли она мне нужна? Нет. Сейчас я хотела лишь одного. Этого несносного человека.

— Я не разрешала тебе останавливаться, — сердито прошипела я. Одна моя рука оказалась на его шее, заставляя склониться ко мне, другой я взяла его за подбородок, и поцеловала. Сама. И он не смог устоять передо мной.

Мы продолжили. Это действительно было какое-то сумасшествие. Наше, общее — одно на двоих. Мы целовались как одержимые, до легкой приятной боли в губах, до головокружения, до нехватки воздуха в легких. В этом поцелуе не было нежности, в нем царила болезненная страсть.