Восхитительная ведьма (СИ)

Я едва не послала его к чертовой прабабушке, но сдержалась, ибо вина действительно была моя, а я всегда была вежливой. Воспитание, знаете ли, никуда не денешь. Я лишь подняла расколовшийся надвое бокал, чувствуя на себе взгляды людей, которые остановились, чтобы насладиться забавным, по их мнению, зрелищем.

— И моральную компенсацию заплатишь! — продолжал разоряться мужчина. Я закатила глаза. Кажется, этот бородатый придурок был раздосадован, что я опозорила его в глазах подружки, и теперь пытался произвести на нее впечатление. Однако эффект он произвел ровно противоположный.

— Требуешь у девушки денег? — брезгливо переспросила его белокурая спутница. — А ты жмот, милый. И скандалист. Кажется, сегодня нам не по пути. Да и вообще по жизни. Можешь мне не звонить. — И она, сложив руки на груди, с независимым видом стала спускаться.

— Оля! — выкрикнул мужчина почти в отчаянии. — Ты не так поняла! Оля!

— Андрей, оставь меня в покое. Точка.

Он попытался ее догнать, но Оля оттолкнула его, сказала что-то нелестное и ушла, а этот идиот вернулся ко мне и снова стал орать что-то угрожающее — вымещал на мне всю свою злость. Я смотрела на него с недоумением, думая, что меня стошнит, если на меня попадут слюни, которыми он брызгал, пока орал. А когда он сделал передышку, вытащила из сумочки кошелек, достала пятитысячную купюру и небрежно затолкала ее в нагрудный карман его испорченной рубашки. Купюра выпала и упала прямо на его ботинки.

Он сам захотел по-плохому. Я не виновата.

— Сдачи не надо. Купи на нее успокоительное. Валерьянка недорого стоит, — сказала я громко и неожиданно высокомерно. В это мгновение замолчала музыка, и мою фразу услышали многие. На нас обернулось множество людей, и многим мои слова показались очень забавными. Отовсюду стал раздаваться смех. Правда, этот самый Андрей не нашел в этом ничего смешного — разъярился пуще прежнего. Его глаза стали наливаться алым.

Глава 60

Когда злился Олег, мне было смешно, и я почему-то точно знала, что он ничего не сделает мне, а потому никогда не чувствовала себя рядом с ним в опасности. Однако от Андрея, чья грудь была украшена грязно-голубым пятном, исходила такая агрессия, что мне стало не по себе.

— Ах ты стерва, — почти нежно произнес он, шагая ко мне и заставляя упереться бедром в перила. — Я тебя сейчас проучу.

С этими словами он медленно, словно в фильме, занес руку, явно собираясь ударить меня. А я смотрела на него, будто загипнотизированная, и не двигалась. Никто и никогда не бил меня — даже родители в детстве, и я стояла и смотрела на него, не веря, что он сделает это, что он ударит меня.

Я ожидала самого худшего, однако в следующее мгновение Андрей осел на пол. Упал, будто бы решил полежать у меня в ногах. А на его месте стоял Олег.