Воровская правда

И тут Тимофей поймал себя на мысли, что не знает о своей возлюбленной ровным счетом ничего: ни у кого она живет, ни с кем водит дружбу, ничего он не ведал и о ее родственниках. Его стали мучить сомнения. В действительности ли она та, за кого себя выдавала?

Жиганы во главе с Заки Зайдуллой, которого в воровской среде уже успели прозвать Муллой, явились в квартиру Тимофея без предупреждения, среди ночи — один из домушников умело отомкнул тяжелую дверь отмычкой, и пацаны бесшумно, словно тени, вошли в комнату.

Тимоха, увидев «гостей», от неожиданности побледнел, но старался держаться непринужденно. Он прекрасно понимал, что так, по-тихому, к нему могли явиться только те, кому воровской сход поручил без лишнего шума разобраться с провинившимся и привести приговор в исполнение. Тимоха сумел перебороть страх и даже нашел в себе силы предложить бывшим корешам водки. Они не отказались, но первым выпил Зайдулла, и только после этого к угощению посмели притронуться и остальные. Явившиеся на толковище жиганы еще совсем недавно были свитой Тимофея. Тогда ему достаточно было цыкнуть на любого из них, чтобы вся компания целую неделю тряслась от страха. Но сейчас, сопровождая Муллу, они уже ничего не боялись, будто заматерели, чувствуя себя настоящими уркаганами. Нагло развалившись на стульях, они с едкими усмешками посматривали на хозяина квартиры.

— Ты знаешь, зачем мы пришли, Тимоша? — наконец спросил Мулла. Вежливо так спросил, без нажима.

— Понятия не имею, — спокойно и с достоинством ответил Тимофей.

— И даже не догадываешься? — внимательно посмотрел в глаза Удаче Зайдулла.

— Не догадываюсь, — так же невозмутимо повторил Тимофей.

— Ну, тогда мне придется тебе кое-что пояснить. Твоя лярва заложила всех уркачей. Не обижайся, Тимоша, но с тебя будет спрос строгий.

— С чего ты взял, что это она? — нахмурился Тимофей.

— А ты спроси у жиганов, — кивнул Мулла в сторону парней, с хмурыми лицами наблюдавших за их разговором. — Один из них видел ее на Лубянке. И встречали ее там, как принцессу, — под белы руки, по красному ковру…

От услышанного у Тимофея отлила кровь от лица.

— Убью суку! — только и смог вымолвить он.

Мулла, казалось, не расслышал его негодующего возгласа.

— Мы хотели бы у тебя спросить, Тиша, а не ты ли будешь вторым сапогом, что затоптал все наши хавиры?

— Ты думай, о чем базлаешь, Мулла! Ты меня давно знаешь. За такое и ответить можно. Удача таких слов не прощает!

— Ага, вот как ты запел… Но боюсь, что на этот раз удача от тебя отвернулась. Ты, Тиша, пригрел змею у себя на груди. На воровские традиции начихал. Где твоя падла?!

Тимофей неожиданно сник:

— Не знаю, братцы, сам ее ищу.