Воровская правда

Бывали случаи, когда заключенные добивались смещения барина. Часто бунт в колонии напоминал шторм, после которого со своих теплых мест, без содержания и пенсии, слетали крупные тюремные чины. В таких случаях начальство готово было идти на любые компромиссы с главарями бунтовщиков, а приглашение воров к сотрудничеству становилось обычной практикой. Варяг знал, что в этот раз в колониях будут требовать его освобождения.

Параллельно со всеобщим неповиновением законные проведут еще несколько страшных акций: в Москве будет взорвана станция метро, в Питере одновременно объявится сразу несколько серийных убийц, и общественность будет раздражена бездеятельностью властей. В Самаре, в Казани и в Екатеринбурге будут застрелены несколько высокопоставленных функционеров. Затем будут учинены перестрелки с милицией: за хорошие бабки «отмороженные» забросают гранатами пару-тройку районных отделений, будет предпринята попытка освободить законных, томящихся в Крестах и Владимирском централе. Беспорядки в крупнейших городах будут напоминать события семнадцатого года. Все акции будут спрессованы в какие-то две-три недели, и у российского обывателя создастся впечатление, что страна стремительно движется к криминальному беспределу. Будет поднята волна такой силы, что она легко преодолеет Атлантический океан и доберется до преуспевающей Америки.

А уж та-то заголосит!

Следующий этап будет состоять в том, чтобы расшевелить серьезную прессу, а начнется кампания с писка мелких газетенок, падких на сенсации.

И вот с этого момента начнется заключительный этап операции — на высшие милицейские чины начнут давить все: общественные организации, исполнительная и карающие власти, Старая площадь, «большой дом» на Лубянке и еще черт-те знает кто. Милиция будет напоминать больного льва, которого сможет пнуть даже трусливый заяц.

Сначала в прессе мелькнет статейка: а не пора ли, мол, навести порядок силами самих же преступных группировок — и это будет лишь пробный шар, на который, словно рыба на наживку, бросится разозленный обыватель, готовый заплатить за свое благополучие даже такую цену. Затем в нескольких центральных газетах появятся публикации крупных ученых, в которых на исторических примерах будут показаны случаи, когда на преступность набрасывали узду бывшие же уголовники. А влиятельные юристы будут задаваться вопросом — не лучше ли освободить некоторую часть законных, провести амнистию для них, и тогда они сами наведут порядок в своих владениях?

И первым в длинном списке на амнистию будет значиться законный вор с погонялом Варяг.