Воровки

Надеюсь, он хоть помылся…

Мы сели в мою машину и направились в сторону заброшенной деревни.

– Долго туда ехать? – спросила Марта.

– Лучше бы иностранца какого-нибудь обчистили. Больше бы толку было. Мы же не общество благотворительности, чтобы уголовникам продукты по месту назначения развозить. А он красивый?

– Я что-то не разглядела, – усмехнулась я. – Какая польза от красоты?

– Это ты правильно подметила. Красотой сыт не будешь и на хлеб ее не намажешь. Вот, например, братец твой красотой не блещет, но зато деньги может из воздуха делать.

– Не правда. Мой брат самый красивый.

– Посимпатичнее, конечно, некоторых придурков, которые встречались на моем жизненном пути. А ты уверена, что твой зек сидит в деревне и ждет помощи? Может, он уже умер от голода?

– Не должен. Я ему оставила немного денег. Услышав это. Марта схватилась за голову.

– Так он еще и безденежный?!

– Может, у него временные затруднения, ведь он все-таки из тюрьмы сбежал.

– Запомни, Танька, деньги должны быть всегда. Если в кармане пусто, значит, мужик не добытчик. Такой только слюни умеет пускать. Найдет какую-нибудь дуру и тянет из нее все соки. Надо уметь делать деньги. Как – не важно. Главное, урвать побольше, чтобы жить достойно, а не прозябать в нищете. Вот братик твой молодец! Старается, только работает не в полную силу. Мог бы и побольше добывать.

– Марта, имей совесть. Он и так вкалывает как ненормальный. Ты его хоть немного жалей. Еще эта кража дурацкая. Он, наверное, помрет, пока весь твой гардеробчик восстановит. Твои шмотки всегда по цене зашкаливали.

– Мужчин нельзя жалеть. Их раз пожалеешь, и все пропало. Не так уж и устает твой братец. Он же не у станка стоит. Я видела, как он бабки загребает. Ему сами носят.

– Это тоже тяжелая работа. Сделай так, чтобы тебе сами носили. Просто никто не принесет. У него работка – будь здоров. Сплошные нервы. Мне всегда хотелось, чтобы он нашел себе спокойную, милую женщину, которая подарила бы ему красивых детишек и заботилась о нем как мать. Так нет же, он нашел себе жуткую стерву и будет теперь мучиться всю жизнь.

– Это еще не известно, кто с кем мучиться будет. Я пока не готова к тому, чтобы родить. Вдруг у меня фигура испортится?

– Славка тебя любую будет любить. Он на тебе помешан. Можешь смело толстеть.

Когда мы стали подъезжать к деревне, я начала волноваться.

– Ну и где же твой голодающий? – с нетерпением спросила Марта.

– Может, он и не голодающий вовсе. У его друга в Кронштадте джип был. На голодающих покушение не готовят и из автоматов по ним не стреляют.

– Может, один джип на десятерых. Хозяина днем с огнем не найдешь.

Заехав в деревню, я посмотрела на Марту и спросила:

– Ну как, впечатляет?

– Жутковатое местечко, ну и где же устроился твой ненаглядный?

– Вон там, у самой реки.