Воровки

Последний раз спрашиваю, что с рукой?

Брат встал и схватил меня за руку. Я взвыла от боли и закричала:

– Пусти, дурак, больно!

Не обращая внимания на мои крики, Славка развязал бинт и посмотрел на меня округлившимися глазами.

– Это же пулевое ранение!

– Прекрати немедленно! Иначе я возьму ремень и выпорю тебя как следует! Я смотрю, ты слишком самостоятельная стала в последнее время! В больнице была?

– Зачем? Это сквозное ранение. Пуля прошла насквозь. Рану мне обработали.

– Нельзя обрабатывать огнестрельное ранение кустарным способом. Запомни.

– Зачем мне запоминать?! Надеюсь, каждый день в меня не будут стрелять.

– Даже те, кому нельзя показываться на людях, кто в розыске, и то обращаются в больницу, получив ранение, потому что при таких делах требуется квалифицированная врачебная помощь. У тебя может начаться заражение крови.

От последней фразы у меня потемнело в глазах.

– А как же на войне? Санитаров на всех не хватало, а стреляли чуть ли не в каждого. Люди сами раны перевязывали и ничем не обрабатывали.

– Слава Богу, мы не на войне, поэтому давай ключи от машины, я отвезу тебя в больницу.

– Там обязательно спросят, кто стрелял. Сообщат в милицию. Меня начнут мучить разными вопросами…

– Я отвезу тебя туда, где не задают вопросов и никуда не сообщают.

– У тебя есть свой врач-хирург, которому ты доверяешь?

– Я тоже знала хирурга, которому доверял один человек, только этот хирург оказался обычным дерьмом…

– Хватит рассуждать. Поехали.

Через полчаса мы сидели в частной клинике в кабинете у хирурга. Врач внимательно осмотрел мою руку и улыбнулся.

– Надо же, пуля прошла насквозь. Вам повезло.

– А что было бы, если бы она там осталась?

– Если бы она там осталась, обязательно началось бы нагноение.

Побледнев, я спросила:

– Нет. Сейчас я обработаю рану, но вам придется потерпеть.

– Вколи ей обезболивающее, чтобы девчонка не мучилась, – попросил Славка.

Я с благодарностью посмотрела на брата. Когда рана была обработана, я поблагодарила врача и пошла в машину. Славка задержался. Вернувшись минут через десять, он сел рядом и серьезно спросил:

– Кто в тебя стрелял?

– По-моему, это неуместный вопрос.

– Что ты сделаешь с этим человеком?

– Скажи, это как-то связано со мной? В тебя стреляли из-за меня?

– При чем тут ты? – удивилась я.

– А кому ты тогда нужна?

– Ты считаешь, я никому не нужна? – обиделась я.

– Я не это имел в виду Ладно, давай говори. Ты просто обязана рассказать мне все.

– Ты слышал про зека, который сбежал из тюрьмы?

– Слышал, – нахмурился брат.

– Он спрятался в мусорном баке, а потом перебежал в мою машину. Он прострелил мне руку, чтобы я его побыстрее везла.

– Ты хочешь сказать, он ехал с тобой в машине?

– Господи, какой я дурак! Надо было бы мне самому отвезти документы.