Шестерка воронов

Заключенный открыл было рот, чтобы закричать, но Каз прикрыл его одной рукой, а второй сжал ему нос. Прикосновение к чужой коже снова вызвало у него тошноту.

– Тс-с-с-с, – сказал он, ведя каэльца за нос обратно к лавочке у стены. Остальные узники быстро разошлись, чтобы освободить дорогу.

Каэлец тяжко сел, пытаясь сделать вдох, его глаза заслезились. Каз продолжал прикрывать ему рот и нос. Мужчина задрожал.

– Хочешь, чтобы я вставил твою руку на место?

Каэлец застонал.

– Хочешь или нет?

Он заскулил еще громче. Заключенные не сводили с них глаз.

– Если закричишь, я сделаю так, что она никогда больше не будет работать, понял?

Он отпустил его и вставил руку в сустав. Каэлец повернулся на бок и заплакал.

Каз вытер руки об штаны и вернулся на свое место у решетки. Он чувствовал, что все смотрят на него, но знал, что его больше никто не тронет.

К нему подошел Хельвар.

– Неужели это было так необходимо?

– Нет.

Но это было необходимо, чтобы их оставили в покое и дали сделать то, ради чего они пришли. И чтобы напомнить себе, что он – не беспомощный.

23. ДжесперДжесперу хотелось размять ноги, но он занял козырное местечко на лавке и намеревался оставить его за собой. Казалось, все его тело немного дрожало от тревоги и возбуждения. Уайлен, сидящий рядом и неистово барабанящий пальцами по колену, никак не мог помочь ему успокоиться. Джесперу не хватало терпения, чтобы и дальше просто сидеть и ждать. Сначала шхуна, затем подъемы по холмам, а теперь он застрял в тюремной камере, пока стражники не соизволят явиться на вечерний пересчет.

Только отец понимал, какой неиссякаемой энергией обладает его сын. Он пытался помочь Джесперу использовать ее на ферме, но работа оказалась слишком монотонной. Университет должен был направить его в нужное русло, но вместо этого он побрел по другой дорожке. Парень скривился, представив, что бы сказал его папа, узнав, что его сын умер во фьерданской тюрьме. С другой стороны, а как он узнает? Эти мысли были слишком мрачными, чтобы погружаться в них с головой.

Сколько прошло времени? Что, если отсюда не слышно ударов Эльдерклока? Стражники должны еще раз пересчитать их после шестого удара. Тогда у Джеспера и остальных будет время до полуночи, чтобы сделать свою работу. По крайней мере, они на это надеялись. Матиас успел поработать в тюрьме всего три месяца. Правила могли измениться. Или же он что-то перепутал. «Или фьерданец просто хотел увидеть нас за решеткой, прежде чем сдать нас властям».

Но Матиас молча сидел у дальней стены камеры рядом с Казом. Джеспер не мог не заметить маленькую стычку Бреккера с каэльцем. Обычно Каз был невозмутим и хладнокровен во время работы, но сейчас он находился на грани. Вот только непонятно почему.