Воронка второго шанса

Лера, упрямо сжав зубы, осторожно расстегнула все, что смогла, и стянула упряжь, стараясь не задевать уши. В голове всплыл фрагмент из какой-то книги про то, что уши у лошадей очень чувствительные. Конечно, снять уздечку удалось далеко не сразу. Фыркали и потели от нетерпения они с конем на пару — но в итоге все же получилось!

Уздечку Лера не стала оставлять внутри денника. На стене креплений не было, а бросить упряжь на пол было бы опасно. Вдруг конь на нее наступит, запутается или еще что. Вышла из денника и повесила упряжь на гвоздь ближайшей стены. Так, теперь вода — пыхтя от натуги, принесла целый жбан из бочки в углу. Второй раз прихватила охапку сена.

— Ну все, Черненький! Мы закончили. Спасибо за помощь. Что не укусил и не лягнул, — девушка мягко похлопала его высунувшейся из-за дверцы морде. Усталая и страшно гордая собой поплелась в дом.

Скинув сумки на пороге, разулась. Чувствуя себя круглой дурой, потому как хотелось сделать глупейшую вещь, все же не сдержалась и произнесла:

— Привет дом! Я скучала.

С самого первого дня ее не покидало ощущение, что дом живой. Глупое, иррациональное чувство. Но она никак не могла от него отделаться.

— Приветствую, госпожа, — раздалось неожиданное в ответ.

Глава 17

Драгомир перемещался, совершенно не жалея силу. Виданное ли дело! На самой границе его земель, которые были куда как шире границ княжества, появились чужаки. Вот про них он мог сказать совершенно точно — враги. Не гипотетические, как Лера, а вполне себе реальные. С давней историей вражды.

Давненько не позволяли они себе такой вопиющей наглости — являться на его земли. Знали, что нарушают неписанные законы, пытались свое присутствие скрыть, но весьма неумело. Зло слишком дурно пахло, чтобы скрыть его в этом лесу.

Волхв вышел на крохотную полянку, не таясь. Злодеев было трое, судя по амулетам и малому шаманскому бубну — эти были младшими жрецами. В обычной ситуации он просто напугал бы так, чтобы пятки сверкали и плохо спалось. Но не сейчас. Увиденное заставило силу гневно заструиться по телу. Так что по коже побежали яркие фиолетовые молнии.

На земле был расчерчен и выложен камнями шаманский круг. То, что он был полит жертвенной кровью черной курицы — еще полбеды. Но в вершинах треугольника, вписанного в круг, лежали звери. Все отсюда, можно сказать его подданые. Пока еще живые: лисица, орел и самое мерзкое — медведь! Одна из ипостасей этого леса. Животные были спутаны магическими узами и почти не трепыхались. Те, что помельче. А вот мишка боролся изо всех сил, гневно взрыкивая и вращая красными от бешенства глазами. Косолапого пришлые опасались более всего, поэтому он был придавлен дополнительными узами, уходящими глубоко в землю. Осквернили на этом месте все, что могли.