Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

— И еще одну коптилку сделал, — похвастался Степан, раздуваясь от гордости. — Для мяса, все как вы велели.

— Ну что ж, — я поднялся, — давай тогда будем коптить. Погода самая подходящая — ни дождя, ни сильного ветра.

Я окликнул Машку, которая развешивала выстиранное белье на веревках во дворе:

— Машенька, поставь-ка картошки целенькой отваривать. К рыбе да мясу в самый раз будет.

Машка кивнула и, подхватив корзинку, направилась к погребу за картошкой. А мы со Степаном пошли к коптильням, которые расположились за сараем, подальше от жилья, чтобы дым не мешал.

— Смотрите, барин, — показывал он, — тут я еще полочки сделал, чтоб мясо не соприкасалось.

Коптильня действительно вышла на славу — основательная, продуманная до мелочей. Видно было, что Степан не просто выполнял указание, а вложил в работу душу.

— Отличная работа, — похвалил я, и Степан расцвел, как мальчишка.

Вскоре подошли Митяй с Ильей, неся на деревянных подносах подготовленную рыбу — крупных лещей, уже выпотрошенных и натертых солью с травами. Лещи были один к одному — золотистые, с упругой чешуей, которая отливала на солнце перламутром.

— Красавцы! — одобрил я, осматривая улов. — В первую коптильню их.

Степан сходил за мясом — свиные хрящики и ребрышки, уже просоленные и вымоченные в рассоле с чесноком. Мясо выглядело аппетитно даже в сыром виде — розовое, с тонкими прослойками жира, источающее пряный аромат трав.

— Это во вторую коптильню, — распорядился я. — И давайте огонь разводить, да не простой, а с опилками ольховыми, чтоб дым был правильный.

Закипела работа. Мужики ловко развели небольшие костры под обеими коптильнями, подбрасывая влажные ольховые опилки, которые давали густой ароматный дым. Я сам проследил, как развешивают рыбу и мясо внутри коптилен — всё должно быть на правильном расстоянии от огня, чтобы прокоптилось равномерно.

Когда всё было готово, мы установили коптильни на угли. Теперь предстояло самое сложное — ждать.

— Рыба быстро приготовится, — сказал я, глядя на клубы дыма, вырывающиеся из трубы первой коптильни. — А мясу надо дольше потомится.

— Эх, и славно то как, — мечтательно произнес Илья, вдыхая ароматный дым.

— Это только начало, — усмехнулся я. — Потом и колбасы делать будем, и окорока коптить. Всему свое время.

Вскоре вся деревня наполнилась дразнящим ароматом копчения. Дым от коптилен стелился над крышами, завлекая своим запахом, заставляя желудки урчать от нетерпения. То и дело кто-нибудь из мужиков подходил к Степану, проверяя, как идут дела, принюхиваясь и облизываясь."

"Наконец, пришло время проверить готовность. Я сам открыл первую коптильню, и меня обдало волной горячего ароматного воздуха.