Ученики Ворона

 — Она еще жива!

— Так что же ты стоишь? — Аманда вытерла рот, сплюнула и встала на колени около де ла Мале. — Давайте, как тогда наставник учил. Ну, формула заклинания восстановления. Правда, там не для таких ран, но все-таки. Она жива, значит, надо что-то делать. Фриша, ты иди к Флоренс.

— Нет смысла, — с грустью сказал Равах-ага, глядя на Флайт, которая лежала у стены. — Болт не арбалетный, полегче, попроще, но это ничего не меняет. Если его выдернуть, она умрет. Если не выдернуть, тоже умрет. Я видел такие раны, они безнадежны. А вот эту девушку можно спасти, ей изрядно досталось, но череп вроде бы цел. А все остальное выглядит хоть и страшно, но, по сути, не слишком смертельно. Главное теперь, чтобы рана не загноилась. Идрис!

К нам подошел немолодой воин, с опаской глянув в сторону пролома в стене.

Равах-ага что-то ему сказал, тот залез в напоясную сумку и достал оттуда шкатулку, в которой обнаружилась какая-то черная вонючая масса.

— Это драгиль, — пояснил нам Равах-ага. — Сок дерева уч. Очень большая редкость и ценность. Драгиль может залечить почти любые внешние раны и защитит от загноения. Правда, красоту он этой бедняжке уже не вернет. И глаз — тоже.

Идрис хлопнул по ладоням Аманды, которыми та все еще водила над Луизой, погрозил ей пальцем, после бесцеремонно, но ловко пристроил отрубленную щеку на место, цокнул языком и начал наносить драгиль на лицо де ла Мале.

— Равах-ага, — истово сказал капитану де Лакруа, — пусть она выживет. Пожалуйста. Как я без нее?

— Выживет, выживет, — обнадежил его тот. — Ты о себе подумай, вон сколько крови из тебя натекло. У тебя бок пробит, еще минут десять — и ты нас покинешь навсегда.

Он отдал команду, и к нам подошло еще несколько человек, на ходу доставая из сумок какие-то тряпки, как видно, перевязочный материал.

— А где Карл? — Монброн выругался. — Эраст, где Карл?

Карл обнаружился под трупом на редкость дюжего служителя ордена Истины, они буквально сплелись в одно целое. Острие шпаги Фалька торчало из спины брата-ищейки, пробив его тело насквозь, а кинжал воина ордена был погружен в бок нашего друга.

Впрочем, эта рана была у Карла не единственной. Он был весь залит кровью, надо думать, что и чужой, и своей.

А еще он был жив, чем нас немало удивил. К нашему великому стыду, это обнаружили не мы, а молчаливые бойцы капитана.

— Сильный, — удивленно сказал нам Равах-ага, неслышно подойдя. — Ох, сильный. Но это ничего не значит. Девочка должна выжить, те двое — тоже, надо только им побольше гранатов кушать, они хорошо кровь восстанавливают. А вот этот — не знаю. Надо раны глядеть, насколько они глубоки, и что там с кишками у него, все дело в этом. Сейчас в оазис Марст поедем, там все смотреть будем. И вас там тоже смотреть будем, хотя на первый взгляд у вас так, одни порезы.