Ученики Ворона

Ну, если только не совершат какое-нибудь страшное преступление против короны и не сложат головы на плахе.

— Стойте, — сказала вдруг Фриша. — Разговор есть.

— Чего? — Луиза дернула поводья своей лошади.

— Такое дело… — Простолюдинка замялась. — Мы с Жакобом тут поговорили… Не надо нам двоим к твоим родителям знакомиться идти. Ты нас определи куда-нибудь на ночлег, есть же там у вас помещения для слуг какие-то?

— Я на конюшне спать могу, — пробасил здоровяк. — Там сено есть. Оно и мягкое, и пахнет духмяно.

— Новое дело! — Луиза всплеснула руками, даже поводья выронила. — Что за…

— Это все не наш мир, — не выдержала Фриша и мотнула головой, показывая на дома, увитые плющом. — Там, в Вороньем замке, мы были хоть как-то, но одинаковы. И по дороге сюда — тоже. Но здесь — не там.

— Я думала представить вас как представителей купеческих семей. — Де ла Мале явно было неловко. — Одежда у вас подходящая, да и манеры кое-какие появились.

— Фриша права, — сказал Гарольд. — И потом — ты у них спросила, нужно это все им самим? Изображать тех, кем они не являются?

— Спасибо, Монброн, — выдохнула с облегчением Фриша. — Ты меня понял. Луиза, нам это все не надо. И потом — твои родители ведь неглупы, правда? Они про наш замок наверняка все разузнали и быстро поймут, какие мы купеческие дети. В результате всем будет не очень-то комфортно.

— У нас на заднем дворе есть два флигеля для прислуги. — Луиза подхватила поводья. — В них много комнат, поселитесь там. Это подойдет?

— Вполне, — оживилась Фриша. — И, если что, мы ваши слуги. Тут обидного ничего нет. Ну, что теперь поделаешь, если мир таков?

Надо заметить, что наша спутница вообще здорово изменилась за последние недели. Она стала… Как-то терпимее к людям другой крови, что ли? Впрочем, это можно было сказать про любого из нас. Кроме, разумеется, меня. Я был един в двух лицах, мне что-либо менять было не нужно.

— И все-таки… — Де ла Мале явно было не по себе.

— А еда? — деловито осведомился Жакоб.

— Кто о чем, — вздохнула Аманда, трогая лошадь. — Поехали уже. Если что, я тебе окорок с папашиного стола притащу. Он всегда с собой копченые кабаньи окорока возит.

— Зачем? — удивился я.

— Любит он их, — пояснила она. — Но кабаны должны быть убиты именно в лесах нашего королевства и закопчены непосредственно в фамильной замковой коптильне. Другие он не употребляет.

— Я тоже люблю кабанятину, — облизнулся Карл. — Жакоб, поделишься?

— Звучит заманчиво, — сглотнул слюну и я. — Про меня не забудьте!

— Можно подумать, у меня дома не найдется копченого мяса, — даже как-то обиделась Луиза.