Ученики Ворона

Потом де Лакруа с Фюнцем в две глотки ревели какую-то жуткую боевую песню, напугавшую малышку Луизу.

Апофеозом вечера стал танец, в котором принял участие и я. Это была древняя суровая мужская пляска, как мне объяснил Гарольд, удивляясь, что я ее не знаю. Мы встали в круг, обняв друг друга за плечи, в центре этого круга внавалку лежало наше оружие — шпаги и даги. И мы приставным шагом двигались вокруг него, дружно притоптывая. Не знаю, что это за танец и для чего он был нам нужен. Но так хорошо, как в тот момент, мне никогда до этого не было. Справа от меня был Гарольд, слева — Фальк, я был своим среди своих, по-настоящему, впервые в жизни. Я понял, что такое братство. И еще мне стало предельно ясно, что в этом мире появились люди, которые готовы умереть за меня, и, что более странно, за которых готов умереть я. Причем не задумываясь. Может быть, не за всех, но раньше такого не было вовсе. Единственный человек, ради которого можно было пойти на все, был я же сам. Остальные люди являлись либо временными союзниками или спутниками, либо врагами.

В тот момент, когда мы, обнявшись за плечи и притоптывая, двигались вокруг наших клинков, мне подумалось о том, что даже если я завтра умру, то там, за Гранью, мне будет что вспомнить. И еще я подумал: «Да хоть бы его и не было, этого завтра».

Но, увы, завтра наступило — солнечное и ясное. Собственно, что удивляться? Таким и должен быть денек в начале мая. В такой день хочется гулять с девушкой, сходить к водоему, просто поваляться на травке, но никак не ждать решения богов. Жаль только, что богам на это плевать. Ворон, впрочем, тоже был достаточно безжалостен к своим охающим и держащимся за головы ученикам.

— Учитель, нам же плохо, — взмолился Гарольд, когда после завтрака, состоящего из того, что мы не доели вчера (правда, к еде почти никто не притронулся), маг захлопал в ладоши и сообщил, что инициация — инициацией, похмелье — похмельем, а учебу никто не отменял.

— Поверь мне, Монброн, — ответил ему Ворон. — Если я сейчас ваши мозги чем-нибудь не займу, то вы себя до вечера изведете ненужными мыслями. Мне этого не хочется. Ненужные мысли — как черви в яблоке, они точат человека помаленьку. Я хочу, чтобы те, кто сегодня вечером выйдет во двор и выстроится в шеренгу, были тверды в своих решениях, понятно? А те, кто передумает, должны принять подобное решение не потому, что их весь день страх ел поедом, а потому, что и вправду в себе не чувствуют желания стать магом. Ну или боятся смерти больше, чем чего-то другого.

— Вы наставник, вам виднее, — согласился Гарольд. — Только, как по мне, нет тут таких, кто трусит. Разные люди есть, но трусов нет. Ни за нашим столом, ни за соседним.

Ох ты. Вот не ожидал от него таких слов.

— Надеюсь. — Ворон начал набивать свою трубку.