Падение Ворона

Неладное Ворон почуял ещё при подъезде к дому. У подъезда толпился народ, много ментов – формовых и штатских, здесь же, желтый «УАЗ» с надписью «Милиция» и зеленый микроавтобус без окон и опознавательных знаков. Возле него курили с озабоченным видом Оскаленный, Бешеный и Джузеппе. Двое небритых мужчин в потёртой камуфлированной одежде вынесли из подъезда что-то длинное, завёрнутое в синее солдатское одеяло, как в гамак.

«Труп чей-то, – понял Ворон. – Интересно, чей? Но хорошо, что точно не мой!» Водитель, в замызганном белом халате, настежь распахнул задние дверцы микроавтобуса.

– Гух! – ударилось об пол небрежно заброшенное тело.

«Как дрова, – подумал Ворон. – Вот так живёшь, живёшь…»

Он подошел к своим, они что-то оживленно обсуждали, лица у всех троих были озабоченными.

– Что тут происходит?

Пацаны обернулись и шарахнулись в стороны.

– Да живой я, живой! Вы что, совсем дураки?!

Джузеппе молча вытянул руку и указал подрагивающим пальцем на сверток в синем одеяле.

– Кто там?

– Теперь не знаю, – сказал Бешеный.

– В смысле?

– Это же из твоей квартиры вынесли! – пояснил Оскаленный.

Санитар хотел было захлопнуть дверцы, но, озаренный внезапной догадкой, Ворон перехватил его руку.

– Подожди!

Он откинул края одеяла… Так и есть! Это был труп Коляшки…

– От чего он..?

– От ножа! – коротко ответил санитар.

– Кто его? – задал он вопрос то ли Оскаленному, то ли самому себе. – И из-за чего?

Тот пожал плечами.

– Мне Кузнец сообщил, что в твоём адресе убийство… Он, оказывается, каждое утро, по старой памяти, сводки происшествий читает – кореша-то остались… Мы сразу подтянулись, сейчас и остальные подъедут…

Ворон неодобрительно нахмурился и тронул губы, Оскаленный понял, что сболтнул лишнее.

Из подъезда вывели дядю Архипа в наручниках. Он был пьян и плохо понимал, что происходит.

– А Кольке я все равно ноги поломаю! – выкрикивал задержанный.

Его затолкали в желтый «УАЗ». Милицейская машина и труповозка уехали. Зеваки расходились. К Ворону подошел лейтенант-участковый и востроглазый опер в штатском – высокий, худой, крученый, как пружина.

– Капитан Тонков, – представился опер. – Ты Воронов Константин? Из четвертой комнаты?

– Ну, да…

– Как в твоей комнате этот чудик оказался?

– Да очень просто: пожаловался, что его отец бьет, я ему и дал ключ, чтобы у меня переночевал.

Милиционеры переглянулись.

– Я же говорил, – сказал участковый.

– Все сходится! – удовлетворенно кивнул опер. – Пойдем, Воронов, запишу объяснение…"

"Они отошли к столу для игры в домино, капитан записал сказанное, явно сгущая краски: «Николай был напуган, жаловался, что отец его избивает и грозится убить. Поскольку он опасался расправы со стороны Архипа, то я дал ему ключи от своей комнаты…»

– Подписывай.