Падение Ворона

Туристы, рыболовы… Алина учится в мединституте и вдобавок собирается на юридический…"

"– Бредовое сочетание! Скорей всего, нигде она не учится… Ножом, правда, владеет лихо… Ты знаешь, я убедила себя, что это сон…

– А патрон из чужой партии остался во сне? – Ворон не хотел, но издевка все же прозвучала в его голосе.

– Нет, конечно. – Марина взглянула ему прямо в глаза. – Я выполнила твою рекомендацию. Он в пистолете другого человека.

– Неужели главного прокурора товарища Жирова?

– Да. Мне ужасно стыдно.

– Из-за чего?! Ты же подменила его во время невинного служебного общения? Или дружеской беседы?

– Нет, когда он принимал душ. И боюсь, невинностью тут не пахло.

– Тогда понимаю, почему тебя мучит совесть…

– Не поэтому. Ты же не маленький и понимаешь, что другого выхода не было. И когда давал совет – уже тогда все понимал. Просто я совершила предательство, а это неприятно.

– Только в первый раз, потом привыкаешь.

– Уверен?

– На сто процентов. И еще: я уверен, что это был его последний душ в твоем присутствии. Иначе…

– Можешь не продолжать! Я намекнула ему, что собираюсь замуж.

– Вряд ли этого достаточно. Но раз все-таки намекнула, тогда иди сюда…

Ворон выдернул Марину из кресла и бросил на кровать, где социальные роли, должности и характеристики личностей не имеют никакого значения. Больше того, все сословные границы и различия между людьми стираются во время естественного, чисто физиологического процесса, опровергая устоявшийся постулат о том, что социальное первично и доминирует над биологическим.

Опровергать философские истины дело неблагодарное и малоприятное, но не в этом случае. Когда они закончили, и Марина попросила принести воды, Ворон спросил:

– А тебе не жаль подругу, которая рыщет в загородных кустах в поисках тех, кого мы отправили в ад?

– Такова ее работа, – тяжело дыша, отозвалась Марина.

– Так может, поставить точку в этом деле? – предложил Ворон. – Сделайте обыск у примерной девочки Алины, у её замечательных друзей… Там вы мно-оо-ого всего соберёте.

Марина задумалась, потом тряхнула головой.

– Нет, лучше не будоражить улей!

– А чёго тут будоражить?! – удивился Ворон.

– Да того, что одно дело, когда есть просто заявление об уходе из дому. Где, как, что – никто не знает. Может, они уехали на море, или вообще бросили надоевший город. Никому они не нужны, никто не будет рыть землю в поисках. Другое дело, когда это не безалаберная молодежь, а нашумевшая банда «кустовиков» – тут всех собак спустят… И могут на полянку-то, на ту, и набрести… А рядом кафе «Сакля», свидетели, которые и тебя видели, и твою компанию…

«А ведь и верно! – подумал Ворон. – Голова у прокурорши четко работает!»

– Нет! – уверенно повторила Марина. – Пусть так и будут без вести пропавшими.