Ворон

- Да у нее ж вроде нет матери! – рассмеялась мне на ухо Иванова. – Откуда ей знать!

Не плакать.

- Между нами ничего нет, и быть не может. А тебе пора лечить голову.

Терехина замахнулась прямо перед моим лицом. Ногой. В ботинке на тракторной подошве. Я по инерции зажмурилась, ощутив, как ошметки грязи приземлились на мои раскрасневшиеся щеки и лоб. Унизительно.

Ни в коем случае не плакать.

- Еще слово, тупица, и я уже не промажу! Слышишь?!

Молчать? Ну, уж нет… У меня словно второе дыхание открылось. Пусть только попробует…

- Не покидает ощущение, что профессор Преображенский жив, и продолжает активно оперировать собак. – С вызовом прошептала я.

- Чего ты там базаришь? – глаза старосты сверкнули яростью.

- Ой, прости, забыла, что сказка «Три поросенка» – твой предел… – истерично расхохоталась, глядя на нее исподлобья.

- Это она типа намекает на «Собачье сердце»! – хмыкнула подружка Ворона, бросив мою куклу себе под ноги. – Упс, какая я неуклюжая… – подошвой челси она наступила на мой талисман."

"Больно. Так больно, будто меня ударили кулаком под дых. Ой, мамочка…

- Осторожнее, похоже, она обмочилась от страха! – Терехина указала на мои влажные колготки.

Я никогда им этого не прощу… Найду силы за себя постоять! Непременно…

- Ален, что-то мы долго с ней возимся! Я к Кириллу опаздываю…

- Да, пора заканчивать. Значит так, тупица… Слушай сюда…

Раскат жизнерадостного смеха, раздавшийся где-то поблизости, застал моих мучительниц врасплох. Иванова с Волгиной трусливо отступили, заглядывая Терехиной в глаза в ожидании дальнейших инструкций.

С ощущением мучительной безысходности, я еще раз взглянула на куклу под ботинком Ульяны… Перехватив мой взгляд, подружка Ворона быстро ее подняла, и, брезгливо морщась, бросила на дно своей безразмерной сумки-шоппера.

Терехина нахмурилась, прислушиваясь к голосам. Сообразив, что другого шанса спастись может и не быть, я сделала резкий выпад, и, схватив рюкзак, на ватных ногах, понеслась к выходу из парка…

POV Ворон

Закрыв программу «онлайн-репетитор по химии», я вздохнул, глядя на десятки исписанных листов, мертвым грузом покоящихся на столе.

Этот мудак Дмитрий Сергеевич вел себя со мной как с бочком токсичных отходов. Однако я раз за разом доказывал, что разбираюсь в предмете не хуже него. Хоть мне это и стоило бесконечных часов тупой никому не нужной зубрешки. Дело принципа. Так сказать.

Дребезжание дверного звонка заставило меня подняться с кресла. Не ждал гостей, однако кого-то это не остановило нарушить мой покой. Улька, ну, конечно.

- Кирилл, привет! Я так соскучилась. – Ее взгляд – тяжелый, многообещающий – скользнул к моим губам.

- Я тоже. – Зевнул.

Нет!

Ульяна притащилась совершенно не вовремя.