Ворон. Осколки нас

Не хватало только разрыдаться на рабочем месте средь бела дня… у Него на глазах!

— Меня волнует только один вопрос: мы же с тобой не… — к концу фразы охрипший голос Кирилла окончательно сел.

И тут меня осенило — он, в самом деле, ничегошеньки НЕ ПОМНИТ!

— А если да? То, что? Сумеешь отмотать пленку назад? — прохрипела, задыхаясь от набирающего обороты в груди торнадо. — Если ты беспокоишься, что я расскажу Лизе — не волнуйся, я этого не сделаю. — Все-таки подняла голову, посмотрев ему в глаза.

И от этого взгляда все внутренности воспламенились дикой болью.

— Алина…

— После четвертого курса я проходила практику в психиатрическом диспансере. Так вот, там было много твоих «друзей»! Вышло солнце из-за тучи — пациенты собрались в кучу! — не сдержала истеричный смешок.

Хорошо, что в это время в заведении, по обыкновению, мало народа — обед уже закончился, а до ужина еще было далеко.

— Может, ты выслушаешь меня, наконец?

— Дай угадаю: сейчас ты, как любой уважающий себя нарколыга, начнешь заливать, что это в первый и последний раз? И больше никогда не повторится? Да?

По его хмурому выражению лица поняла, что попала в яблочко.

— Как ты мог так опуститься, Кирилл? Я знала, что между нами все в прошлом, но ты умудрился довести ситуацию до абсурда! Увы, вечером я начну подыскивать себе новую работу.

— Не надо увольняться! — резко возразил. — Брат тобой доволен. А меня ты больше здесь не увидишь.

— Не у-увижу? — дрожащим шепотом, — Ты работаешь в этом же здании! Так или иначе, мы все равно будем пересекаться! Это неизбежно!

— Неизбежно… — Кирилл вздохнул.

Он неотрывно смотрел на меня.

Заметила, как подрагивает кадык на его мощной шее. Против воли мои щеки залил густой румянец.

— Приношу свои извинения, — наконец, вытолкнул сдержанно. — Не хотел тебя пугать. Но ты права — уже ничего не исправить. Могу я для тебя что-то сделать?

Прозвучало это так, будто он собрался еще и предложить откупиться… Ну, дурдом!

— Можешь, — кивнула отстранённо. — Держись от меня как можно дальше! — я гордо удалилась, разорвав тягостный зрительный контакт.

В этот миг в зале появилась управляющая, и я поспешила к ней, на ходу придумывая острую тему для немедленного обсуждения… Остаток дня я чувствовала себя нервозно. Хорошо, что сегодня Наталья Леонидовна разрешила мне уйти пораньше.

Я направлялась в комнату для персонала, внезапно услышав тихий властный голос, заставивший меня обернуться.

— Алина?

Воронов стоял около двери в то самое многострадальное подсобное помещение. Его глаза прожигали во мне дыру.

— Мы же вроде все выяснили? — хмуро свела брови, неосознанно отступая.

— Подумал, я все-таки имею право знать, за что извинялся? Не так ли? — усмехнулся, склонив голову в бок.