Ворон. Осколки нас

В заведении постоянно проходили банкеты, но такой размах я наблюдала впервые. Шеф-повар даже разработал специальное праздничное меню, состоящее исключительно из любимых блюд именинника.

Да, Артем не одну неделю готовился к торжеству отца, и, по моим ощущениям, Александр Сергеевич высоко оценил старания своего старшего сына. По крайней мере, с начала праздника улыбка не сходила с его лица. Несмотря на инвалидное кресло, мужчина выглядел импозантно в классическом черном костюме, белоснежной рубашке и дерзкой бабочке в черно-белый горох.

Я знала, что из-за осложнений, вызванных диабетом, Александр Сергеевич лишился ступней на обеих ногах, у него были серьезные проблемы со здоровьем, однако он не выглядел сломленным. Напротив, отец моего жениха, лавируя между гостями, излучал ауру спокойствия и хладнокровия, как какой-нибудь буддийский монах.

— В этом красном платье ты меня убиваешь, Лебедева Алина… — Кирилл обнял меня сзади, целуя за ушком. — Специально шьешь платья, которые не терпится поскорее содрать? Да? — его ладони скользнули от моей талии к бедрам, сомкнувшись внизу живота.

Несколько секунд я млела, обезоруженная горячим дыханием и уверенными прикосновениями своего мужчины. Наконец, выскользнув из его объятий, я развернулась и по-дурацки хихикнула, наслаждаясь его нежным проникновенным взглядом.

Я вынуждена была признать, алое струящееся платье из моей дебютной коллекции Black Swan (Черный лебедь) неимоверно мне шло, подчеркивая все достоинства фигуры. За счет своего кроя, оно лишь подогревало воображение, не раскрывая главную интригу. В этом и заключался посыл моих вещей — раскрывать красоту каждой женщины.

— Я сегодня уже говорила, как сильно тебя люблю, Воронов Кирилл? — пробормотала я возле его губ.

— Говорила на рассвете… — приблизив к себе мое лицо, он легонько поцеловал меня в кончик носа. — Но я не против еще раз послушать…

Мы с Кириллом сегодня впервые открыто появились вместе, вызвав целый шквал вопросов и любопытных взглядов, особенно среди моих коллег. Больше всех, пожалуй, удивилась Инга, ведь она вплоть до вчерашнего дня продолжала строить моему жениху глазки, упорно не желая признавать очевидное.

Зато прозорливый бармен Вадик признался, что давно уже все понял — уж слишком откровенными были наши с «Кириллом Александровичем» игры в гляделки.

Я же окончательно убедилась в правильности своего решения уволиться из ресторана перед новогодними каникулами, попросив Наталью Леонидовну начать искать мне замену.

Вскоре Кирилл присоединился к компании, в которой общался Александр Сергеевич, а я переключилась на вновь пришедших гостей. Это были небезызвестные отец и дочь. Увидев меня, Саша улыбнулась и энергично помахала.