Белый Ворон: Малыш

Выпущенная пуля попала вербовщику в голову. Вербовщик смешно взмахнул руками и, уже мёртвый, упал на один из столов. Стол опрокинулся. Со звоном посыпалась посуда, по залу прокатился уважительный ропот:

— Спайк.

— Кто?

— Новый «крыша».

— Не «крыша», а «бригадир».

И сразу всё стихло. Все смотрели на Спайка и Спайк вдруг ощутил, что становится известной фигурой в городе. Смутное ощущение, похожее на тщеславие, возникло в его душе. Он опустил автомат и молвил:

— Не хорошо убивать моих людей. Ворона, пошли.

В полном замешательстве от произошедшего, Ворона машинально пошёл к нему. На пол пути остановился и растерянно посмотрел на мёртвого агента вербовщиков. Наклонившись, поднял стилет и уставился на Спайка. Спайк сбежал по лестнице к нему, отобрал стилет и вытолкал его из кабака.

— Хорошо что «вербаш» стрелять не стал, — сказал он уже на улице, — а то бы не успели.

Он ни к кому не обращался и говорил сам себе.

— Шеф, — сказал Гавшар, — по-моему, это война.

— С кем?

— С «вербошами».

Спайк посмотрел на лежавшего в снегу вербовщика и решительно подошёл к нему. Присев рядом, приставил стилет к его горлу и спросил:

— Жить хочешь?

Конечно, хочет. Кто ж скажет, что нет?

— Тогда слушай меня внимательно и запоминай, что я тебе скажу, — Спайк отвёл стилет в сторону, — сам запомнишь и своему шефу передашь: никому не позволено в этом городе людей убивать. Тем более, моих людей. Усвоил? Я спрашиваю, усвоил?

— Да, сэр, — пролепетал вербовщик, — усвоил."

"— Повтори! — Спайк встряхнул его, — повтори, что я сказал.

— Никто не может убивать людей, тем более ваших.

— Верно, — Спайк состроил гримасу, от которой вербовщику сделалось дурно, — передай шефу, что если он нарушит это правило, я приду к нему и убью его самого. Любезничать не стану. Запомнил?

— Да, сэр.

— Вот и хорошо, — Спайк отпустил его и подошёл к Гавшару, — садись, поехали.

Под смех и улюлюканье случайных зрителей, вербовщик поднялся и сел в свою машину. Ему и в голову не пришло пойти посмотреть, что случилось с его коллегой в кабаке. Он завёл двигатель и сдал назад. Кто-то бросился к его машине и, сжав кулак, показал ему средний палец. Случайные свидетели происшествия и несколько мужиков, выбежавших из кабака, смеялись над ним, корчили рожи и в знак презрения, пинали снег. Придя в ярость, «вербаш» надавил на «газ» и попытался сбить одного из мужиков. Тот отскочил и выстрелил ему в стекло. Пуля бессильно отскочила, оставив на стекле едва заметный след.

— Семья есть? — Спросил Спайк у Вороны, отъехав от кабака.

— Есть, — ответил Ворона.

Он сидел рядом с Аском на заднем сидении и переживал о случившемся.

— Надо забрать, — сказал Спайк, — как бы эти твари к ним не полезли.

С ним не спорили.