Белый Ворон: Малыш

При этом, он, как и Мирла, совершенно не представлял себе, что там сажать и как оно будет расти. Но такое незнание не казалось серьезным препятствием. Он надеялся на Спайка. Подобно Мирле, Аск проникся к нему абсолютным доверием. Ему стало казаться, что Спайк всё знает, всё умеет и в любой ситуации сообразит что надо делать.

За тот месяц, что он скитался с ними по Аквилонии, Аск сильно поправился. Подаренный Искримашем костюм больше не висел на нём, как мешок. Его лицо округлилось, он начал тянутся вверх, а голос начал приобретать басовитые нотки. Получая достаточное питание, изголодавшийся организм спешил развиться до нужного уровня.

Мирла это заметила и начала донимать его, намекая на «мужское достоинство».

— Ну, как, растёт? — Спрашивала она и стреляла глазами ему на штаны. И это был один из самых невинных вопросов, который она ему задавала.

Аск злился и сопел. Но что ответить не знал. Так продолжалось, пока однажды, его злость не переполнила чашу терпения.

— Дура, я тебя научу!

Он ухватил её за ухо и начал накручивать его, словно ключик на заводной машинке. Она закричала и Спайк прибежал из кухни посмотреть что происходит. Увидев Мирлу в бедственном положении, вмешиваться не стал. Только посоветовал Аску не оторвать ей ухо. Заметив его присутствие, Аск смутился и оставил девушку в покое. Прижимая ладошкой ухо, Мирла пнула парня в бедро и убежала в ванную.

— Дурак! — послышался её плачущий голос. На что Аск немедленно отреагировал:

— Сама ты дура!

Но это был один из эпизодов, который в общем-то не портил их отношений."

"С первых дней, Мирла показала себя домохозяйкой. Вернее, попыталась показать. Она ничего не умела, но всегда с готовностью хваталась за всякие дела. Только с мытьём полов и туалета, возникли проблемы. Она не отказывалась от этих занятий, но делала это так, что лучше бы вообще не делала. Спайк счёл справедливым установить график, кто и когда будет заниматься этим делом. В день, когда наступала очередь Мирлы, девушка поднималась раньше обычного и, чтобы её никто не видел, сразу бралась за уборку. Однажды нацепив на швабру тряпку, она таскала её шваброй по всей квартире. Спайк пробовал сказать ей, что тряпку надо хоть иногда прополаскивать, на что Мирла возразила, что в квартире у них и без того грязи нет. Когда дело доходило до туалета, девушка кривилась от омерзения, двумя пальцами брала специальную «туалетную» тряпку и макала её в специальное же «туалетное» ведро. После этого бросала её на пол и, ногой елозила её вокруг унитаза. Сама унитаз она чистила следующим образом: сморщив носик и, зажмурив глаза, шоркала щёткой по его поверхности. При этом она бросала столько чистящёй пасты, что после её уборки приходилось покупать новую банку.