Гордая птичка Воробышек

 – Черт! Да уходи же!

Он повторяет это несколько раз, неожиданно требовательно и зло, пока я все же не покидаю комнату и не оказываюсь за ее порогом. Все мои вещи – свитер, джинсы и даже сумка – остались в спальне, и я сердито закусываю губу, оглядывая темную гостиную. Решительно топаю к комоду, где до сих пор лежит справка от доктора Шибуева, и, включив верхний свет, внимательно рассматриваю документ.

Есть! Ряд ровненьких циферок на обороте, едва заметный автограф неизвестного графитом, номер мобильного без ссылки на имя или фамилию, но я без раздумий и вариантов решаю рискнуть.

– Алло? Слушаю! – я только успеваю набрать номер, как почти сразу же слышу в трубке знакомый голос темноволосого интерна, только вчера читавшего мне через дверь стихи. – Контора Шерлока у телефона!

– Андрей? – задаю я вопрос, впрочем, уже почти не сомневаясь в личности абонента. – Шибуев?

– Он самый, – удивляется парень. – Кого имею удовольствие слышать?

– Это Женя. Женя Воробышек, – представляюсь я, – знакомая Ильи Люкова. Помнишь?

Пауза в разговоре длится секунды три, за которые я успеваю задаться двумя вопросами: как много знакомых девушек у моего гостеприимного хозяина? И как часто они звонят его симпатичному другу?

– Сероглазая, ты, что ли? – наконец отзывается парень и радостно признается: – Не ожидал, удивила. Как твое здоровье? По голосу слышу: куда лучше вчерашнего.

– Спасибо, Андрей, все хорошо. Только я бы предпочла, чтобы ты называл меня по имени, – замечаю я. – Мне так привычнее.

– Женя? Мм… А что, вкусно звучит! – соглашается парень. – Хотя Женечка вкуснее. Ты ведь не против, – смеется, – а, Женечка?

– Не против, Андрюшечка, – хмурю я лоб. Во всяком случае, я готова потерпеть какое-то время. – Если ты этим скудным меню и ограничишься.

– Ясно, – открыто смеется Шибуев в трубку. – Ладно, Жень, я понял, – игриво откашливается и добавляет уже куда серьезнее: – Признавайся давай, по какому вопросу звонишь? Никак от Люкова сбежать надумала, а он не пускает? Инстинкт собственника взыграл? Так ты скажи ему, что доктор Шибуев это быстро вылечит, внутривенной инъекцией клофелина.

– Вообще-то, наоборот, – сознаюсь я. – Очень даже прогоняет, можно сказать, взашей. И я бы ушла, Андрей, но меня смущает его состояние здоровья.

– А что с ним? – внезапно настораживается парень.

– Если не считать сильного алкогольного опьянения, то у него многочисленные ссадины и синяки по всему телу, особенно с левой стороны, насколько я заметила. Мне кажется, Илья попал в аварию и не обратился за помощью.

– А лицо? – спрашивает осторожно парень.

– Что лицо? – не понимаю я.

– Лицо у нашего болезного пострадало?

– Э-эм, кажется, нет. Точно нет, – задумавшись, отвечаю я.