Гордая птичка Воробышек

– Женечка? Ну что же ты не садишься? Я ведь помню, что ты голодна. Позволь, девочка, навязать свое общество и поухаживать за тобой. Потому что я твоим обществом, вопреки недовольству моего сына сегодня намерен насладиться сполна. Вот сюда, поближе ко мне, прошу…

– Конечно, Роман Сергеевич, с радостью.

Я надеваю улыбку и шагаю навстречу мужчине. Поднимаю руку, чтобы опустить ее на галантно предложенный локоть, но сын неожиданно опережает отца.

– Я сам, – говорит, вырастая у плеча, перехватывает ладонью пальцы и уверенно подводит меня к столу. – Я скоро вернусь, Воробышек, помни о стервятниках, – бросает негромко, усадив на стул, и смотрит в так похожие на его глаза. – Надеюсь, Босс, тебя ничто на свете не отвлечет от нее.

Это звучит странно даже для Люкова – слишком холодно и властно, и я с изумлением провожаю взглядом высокую, стройную фигуру парня, прямиком направившегося к выходу.

– Это он не серьезно. Не обращайте внимания на Илью, – прошу мужчину, чувствуя неловкость за его сына. Растерянно мну на коленях белоснежную салфетку, наблюдая, как Люков останавливается возле пепельной блондинки и склоняет к ней голову. – Не понимаю, что на него нашло.

Он подходит к Ирине, что-то коротко говорит, затем уходит. Выждав пару минут, девушка встает из-за стола и выходит из гостиной следом, а я опускаю глаза в услужливо наполненную хозяином дома тарелку и нетвердой рукой вместе со всеми поднимаю тост. Делаю вид, что не заметила брошенный в меня блондинкой снисходительный взгляд.

– Это не то, о чем ты думаешь, девочка. Совсем не то.

– Я ни о чем таком не думаю, вам показалось.

– Да? – довольно пожимает мою ладонь Роман Сергеевич. – Вот и хорошо!

Гости много говорят и шумно смеются, провожая курьезными историями и анекдотами старый год. Я вяло ковыряю ножом и вилкой сумасшедшей красоты и вкуса салат и невольно кошусь на двери, ожидая возвращения Ильи.

– Скажите, – спрашиваю вдруг мужчину, устав снимать пробу с предложенных им деликатесов и отвечать на вопросы о моей семье, требуя от него ответной порции откровенности: – Вы ведь знали, что Илья захочет вернуться со мной? К вам.

– Знал, – неожиданно легко признается он.

– Но откуда? Нет, я понимаю, что именно поэтому вы и настояли на моем присутствии на празднике, но все-таки? Я бы ни за что не взялась предугадать поступки и шаги Ильи. Он слишком самостоятелен. Так откуда взялась уверенность?

– Ох, Женечка, – мужчина откидывается на спинку стула и покровительственно вздыхает. – Все гораздо проще, чем кажется. Никакой интриги.

– И все же? – интересуюсь я.

– Ну, хорошо, – он чуть усмехается со смыслом. – Мой сын вполне предсказуем, вот весь секрет. Илья ни за что не признается в том никому, но мы с ним очень похожи. Гораздо больше, чем с Яковом.