Арканарский вор

– Так мне стало за своего декана обидно. – Авантюрист в запале чуть не рванул на своей груди мантию. – Все, говорю, придурок! Я тебя сейчас живьем зарою!! Испугался покойничек. А может, договоримся? – верещит. Ну пока вы в отключке лежали, – сбавил тон Арчибальд, – мы с ним почирикали. Короче, он мне все сдал… Но пятьдесят процентов мои!

– Идет… Могу даже твою долю в Академию доставить, – буркнул до конца еще не пришедший в себя Марганелл. – И что дальше?

– А дальше вы очнулись. Я хотел вас предупредить, что мы с ним уже договорились, а вы… О–о–о… Короче, все!

– Что – все?

– Сами посмотрите.

Марганелл встал с пола, заглянул в гроб, и его чуть не стошнило.

– А где его грудь?

Арчи пристроился рядом с преподавателем, дабы полюбоваться на созданный им костлявый шедевр."

"– Какая грудь? Вы его так топтали, пока он неупокоился! О какой груди вообще может быть речь? Одна рука короче другой, ножки вообще разного калибра… и обе, по–моему, правые… До чего ж вы в гневе страшный! Уж не знаю, какой магией вы его обработали, но моим впечатлительным товарищам на это смотреть не стоит. Давайте прикроем?

– Давайте.

Марганелл с Арчибальдом водрузили крышку гроба на место. Магистр вытер обильно выступивший на лбу пот.

– Он много дал?

– Вам до пенсии хватит. – Арчи подвел преподавателя к статуе Трисветлого и без колебаний рванул на себя серебряную рукоять подсвечника, заставив статую отъехать в сторону.

– О–о–о… – вырвался восхищенный стон из горла Марганелла.

– Только учтите: мое молчание стоит дорого…

Брови декана от возмущения поползли вверх.

– Нет–нет! Пятидесяти процентов мне достаточно. Но, чтобы все это истратить, мне нужен постоянный пропуск в город… на троих.

– Это редкая привилегия для первокурсника.

– Так и первокурсники редкие. Что я, что Дифинбахий, что Дуняшка. Очень редкие и, заметьте, хорошо оплаченные, – прозрачно намекнул пройдоха.

– Ладно, договоримся, – отечески хлопнул его по плечу магистр.

– И без досмотра.

– Ну это уж слишком!

– В–а–а–аша Мудрость…

– Уговорил, Дьяго языкастый. – Марганелл лично повернул и поднял подсвечник вертикально вверх, закрывая вход в сокровищницу.

– Вот спасибо, учитель! Еще одна просьба есть: больше не издевайтесь так над покойниками. У меня же сердце кровью обливается.

– Сам не пойму, что на меня нашло на этот раз? – пожал плечами магистр, потирая набухающую на голове шишку. – Я ведь их так люблю!

– Это вы, наверное, от Дифинбахия заразились. Он, как их увидит, сразу буйствовать начинает.

– Кстати, – опомнился Марганелл, – а куда все студенты подевались?

– Забаррикадировались вон там, – ткнул пройдоха пальцем, – и проводят урок самостоятельно.