Арканарский вор

– А сколько из–за вас страданий перенес? Вы только дверью хлопнете, а я уже весь в синяках! Столько натерпелся, не передать!

– То нам неведомо, – отвел обвинение неумолимый Арчибальд.

– А как к принцессам пришли, ведомо? А сколько мы вместе выпили?

Последний аргумент был убойный. Уж что–что, а это точно было.

– Да нам после этого только брататься! – Вампир бил бы себя пятками в грудь, но эльфийские стрелы мешали.

– Слышь, а он прав, – почесал затылок колдун. – Пока мы тут дурью маемся, вокруг мир вместе с нашей лавочкой рушится! Ты представляешь, убыток какой?

– Что предлагаешь?

– Я одно хитрое заклятье знаю: если побратаемся, он нас даже укусить не сможет. Сам же сразу и загнется.

– А полезен будет, – обрадовался Арчибальд. – Много знает, зараза!

– Что за заклятье? – заволновался Антонио.

– Тебе понравится. – Одуван выдернул из складок ниспадающего до пят эльфийского плаща приличного размера тесак. – Заклятье на крови.

– Если можно, на вашей, – запаниковал вампир, – своей практически не осталось. Последнее время на концентратах живу, а там столько канцерогенов…

– А у меня вообще малокровие, – попытался дать деру Арканарский вор, но от «старшего братишки» дернуться было трудно.

– Тебе откуда брать, из пальчика?

– Да ты что! Это мой основной инструмент!

– Тогда из вены…

– Яремной, – облизнулся вампир. – Соглашайся, барон, она такая вкусная!

Одуван неплохо знал анатомию, но Арчи в его объятиях так извивался, что колдун промазал и взял кровь совсем из другого места.

– Обалдел?!! Такие трусы испортил! Мама лично шила! – Аферист запрыгал по апартаментам принцесс, держась за пострадавшее место.

С вампиром проблем было меньше. Густая кровь медленно сочилась из пробитого стрелами тела. Себе Одуван не мудрствуя лукаво просто надрезал ладонь.

– Кончай прыгать. Иди смешивать кровь.

– Это как?

– Это так. – Одуван приложил ладонь к ране вампира. – С ним я уже смешал. Теперь с тобой.

Арчи услужливо подставил колдуну пострадавшее место.

– Тьфу! Всё у тебя не как у людей! – расстроился Одуван, но тем не менее ладонь приложил. – Иди с Антонио братайся.

– Может, он сам? Мне, понимаешь, прицелиться трудно.

– Да он на стрелах висит.

– Выдерни.

– Еще чего! Пока не побратаемся, ни за что! А, разговаривать с тобой!

Одуван сграбастал афериста, согнул пополам и потащил к Антонио.

– Эй, ты что делаешь? – заволновался Арчибальд.

– Да что–то кровь у тебя плохо из этого места идёт, выдавливаю.

– Ты это кончай, я возбуждаться начал.

Одуван, не обращая внимания на протесты «братишки», молча делал своё дело.