Арканарский вор

– А травки куда?

– В руках понесем. Заодно свежей зелени пожуем.

– Пр–р–равильное решение!

На запятках вампир не помещался. Тогда недолго думая они перекинули его через борт коляски. На нём он и повис. Голова Антонио болталась внутри, ноги снаружи, нейтральная часть тела смотрела в зенит. Розочка подхватила корзинки с магическими травками, Арчибальд – со стола последнюю четверть, они дружно сели в коляску, а если точнее – на Одувана, так как сесть больше было не на что, и Арчибальд скомандовал:"

"– Поехали! – и махнул рукой.

Розочка ещё раз сжала в руке свой медальон. Коляска ухнула в портал и полетела куда–то вниз.

– Продолжаем? – тряхнул четвертью Арчибальд.

– Запросто! – тряхнула головой принцесса. Корона съехала ей на ухо, но она этого не замечала.

Они были в таком состоянии, что вообще уже ничего не замечали. Они не заметили даже, как на границе портала вампира подбросило вверх, свистнули чёрные стрелы, и бедного Антонио отнесло обратно в спальню принцесс. Не видели, естественно, и того, что он в последний момент, хоть и был абсолютно никакой, успел что–то пробормотать. Что–то такое, отчего медальоны, висящие на шеях принцесс, на мгновение вспыхнули голубоватым светом и вновь погасли.

– Сейчас мои сестры проснутся, – подозрительно трезвым голосом сказала Розочка, – и мы продолжим игру. Кажется, мы не всё ещё у вас выиграли.

Арчи посмотрел на свои трусы и согласился:

– Угу, только сначала выпьем.

– Без закуски? – хмыкнула принцесса.

– Фигня война, главное – маневры! Одуван! Разливай, – начал пинать аферист друга.

Гигант зашевелился.

– В форму приходит. Ветерком обдуло, – удовлетворенно хрюкнул Арчибальд.

Зашевелились и принцессы. Они трезвели буквально на глазах, но Арканарский вор, занятый приведением друга в порядок, этого не замечал. Коляска резко затормозила, так, что всех мотнуло. Арчибальд поднял голову. Около дверцы стоял офигевший эльф, глядя дикими глазами на двух полуголых мужиков и не совсем трезвых принцесс.

– Любезный, – Арчи вынул из трусов крупный рубин и сунул его в руки эльфа, – нам бы это… продолжить. Сдачи не надо.

Эльф посмотрел на рубин, и глаза его стали ещё круглее. Это был его рубин. Именной, с выгравированной на грани монограммой его рода. Он чуть не свихнулся, пытаясь сообразить, что за хитрая магия заставила его рубин переместиться в трусы странного пришельца.

– Это тоже вам, – проворковала Розочка, передавая эльфу корзинки с магическими травами.

Рубин был сразу же забыт. Глаза эльфа загорелись.

Травки с делянки Альбуцина привели его в сильнейшее возбуждение. Низко поклонившись, он прижал корзинки к груди и понесся куда–то сломя голову. По–видимому именно травы были причиной того, что он не поднял тревогу сразу. А зря.