Цена вопроса. Том 1

И так много уже сделано, такой длинный и трудный путь пройден, что невозможно допустить, чтобы из-за одного человека все пошло прахом.

* * *Генерал Шарков открыл дверь отцовской квартиры своим ключом.

– Папа, ты дома? – громко крикнул он.

Ответом ему послужил грозный утробный «мяв», изданный рыжим Ганей. Если Олег Дмитриевич был дома, Ганя громко и нахально заявлял о своем неудовольствии появлением «четвертого лишнего», окаянства хватало. Если же хозяин отсутствовал, оба четвероногих, едва заслышав, что пришел не любимый папочка, а кто-то еще, немедленно прятались в самый дальний угол и сидели там, прижав уши и не издавая ни звука.

Сразу же за голосом кота послышались шаги отца, выходящего в прихожую.

– Сынок! – Он крепко обнял Валерия Олеговича. – Ты один, без Лены?

«Сказать или не сказать?» Готового решения у Шаркова не было.

– Как ты? – спросил он вместо ответа. – Как чувствуешь себя?

– Да что со мной будет, – улыбнулся Олег Дмитриевич. – Скриплю помаленьку. А ты как? Выглядишь неважно. Не болен?

«Скажу, – решил Шарков. – Все равно скрыть не удастся. Надо сказать».

– Не болен, но расстроен.

– Что-то случилось? С Олежкой? Или с Маришкой? – встревоженно спросил отец.

– Не волнуйся, с ними все в порядке. Пойдем, чайку выпьем, я тебе расскажу.

Олег Дмитриевич захлопотал над чайником и чашками. Генерал не стал ждать, когда чай будет готов, и выпалил прямо в спину отцу:

– Лена от меня ушла.

Олег Дмитриевич медленно повернулся, в одной руке чашка, в другой сахарница.

– Лена… что? Что она сделала?

– Она ушла от меня, – негромко повторил ге-нерал.

– Почему? Что случилось? На бабе попался?

Валерий Олегович поморщился.

– Ну перестань, папа, какие бабы? О чем ты говоришь?

– Но ведь у тебя были, я точно знаю… И не одна.

– Ну, когда это было… Сто лет назад. Молодой был, глупый. Нет, никаких баб.

– Тогда что? Она себе завела кого-то?

Шарков-младший пожал плечами.

– Говорит, что никого. Просто ей надоело жить со мной. Я ее понимаю. Я стал плохим мужем. Когда-то был хорошим, а стал плохим.

– Глупости не говори! – Отец повысил голос. – Как это ты можешь быть плохим мужем, если ты ей не изменяешь и зарплату приносишь? Какого еще рожна ей надо?"

"Объяснять и пересказывать свой разговор с Еленой не хотелось. Отец все равно не поймет. И не потому что глупый, отнюдь. Просто потому, что Шарков и сам плохо понимал свою жену, но не считал нужным удерживать ее и уговаривать. Раз она так хочет, раз ей так лучше – пусть будет так. Не может же он признаться отцу, что у него просто не хватает интеллектуального и эмоционального ресурса выяснять тонкости душевной организации Елены и глубину ее запросов, потому что все его мысли заняты только одним: как сделать так, чтобы выжить и при этом не загубить дело всей жизни.