Цена вопроса. Том 1

Жена Гоша уточнить показания супруга не может, так как болела гриппом, лежала в другой комнате с высокой температурой, то спала, то дремала, голоса гостей слышала, но когда просыпалась – на часы не смотрела, поэтому не берется судить, в котором часу она еще слышала голос Жоры Петропавловского, а в котором – уже было тихо.

До своего дома Георгий так и не добрался. Тело его было обнаружено утром следующего дня на территории заброшенной неогороженной промзоны, рядом с тропинкой, которую уже много лет используют местные жители для сокращения пути от крупного жилого массива до остановки автобусов и маршруток. Маршрут от дома Гоша до дома Петропавловского к промзоне даже близко не подходит. Зачем Георгий сделал такой крюк? Что он там искал? Для чего отправился туда почти в полночь? Результаты осмотра места происшествия однозначно показали, что убит он был именно там, в промзоне, а не привезен откуда-то уже мертвым. И Гош, и супруги Антоновы дружно уверяют, что их друг Петропавловский не говорил о том, что у него в тот вечер назначена еще какая-то встреча, и о заброшенной промзоне ни разу и ни в какой связи не упоминал. Конечно, все трое могут лгать. Но если кто-то из них или все втроем убили своего товарища, то должен быть мотив. Не просто же так они его грохнули!

Разумеется, сделали запрос в телефонную компанию, изучили внимательно всех абонентов, с которыми с номера погибшего производилось соединение в последние несколько дней перед убийством. Опросили всех активистов, которые постоянно общались с Петропавловским. И ни малейшего намека ни на промзону, ни на встречу вечером 1 ноября, ни на мотив преступления. Вернее, мотив-то на первый взгляд казался очевидным: запугивание со стороны «СтройМажора». Но версия отпала, а никакой другой не появилось. На разбой не похоже, документы и деньги, хоть и очень небольшие, на месте, часы и телефон тоже."

"– Если встречу не назначали по телефону, значит, ее назначили лично, – пробормотал Дзюба. – И была она такая секретная, что Петропавловский никому о ней не сказал, даже самым близким товарищам по общему делу. Подружка?

– Вряд ли, – отозвался Конев. – Он не женат, вернее, в разводе, живет один. Чего ему скрывать?

– А может, он был на прикорме у евтягинских? Тогда понятно, что свои контакты с ними он нигде не афиширует.

– Проверяли. Нет там ничего. Петропавловский был честным, идейным и убежденным. Остается последний вариант, самый гнилой: когда он шел домой от Гоша, к нему кто-то подошел на улице и сказал что-то такое, что заставило Петропавловского изменить маршрут и направиться в промзону.

– Значит, скорее всего, это наш Песков, – угрюмо проговорил Роман.