Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем

Они побежали вместе, но к тому моменту, как подоспели, все уже было закончено, и я сидела в объятиях Тарака. Они видели ковыляющих прочь избитых парней и поняли все верно. Вернее, Лианем обо всем догадалась и придержала девочку.

— Вот, я сложила твое платье. Доберетесь до города — продай. Только смотри не продешеви. Травки я тебе уже отдала и объяснила, что для чего. Теплую шаль взяла? Осень уже как-никак. Лейке, вон, тоже не забудь.

Не сговариваясь, мы решили, что девочка пойдет со мной. Если раньше, до того, как местные узнали, что я беременна, ей с Лианем явно было бы безопасней, то после этого известия ее заклюют, а подрастет, так еще додумаются перенести мою «славу» на нее...

Я старалась не думать о вчерашнем нападении. Слишком это было для меня болезненно. Остается только удивляться, что для малыша все закончилось хорошо. Лишь живот немного тянуло вечером, но после таких потрясений это было неудивительно.

Знахарка покачала головой и сделала для меня успокоительный отвар, после которого мир вокруг уже не казался таким враждебным, а произошедшее будто покрылось дымкой, и я спокойно уснула.

А когда проснулась, чувствовала себя отдохнувшей и полной сил.

— Взяла. Лианем, — позвала я суетившуюся знахарку и, дождавшись, когда она обернется, в который уже раз попросила: — Пошли с нами.

Она опустила крышку сундука, который придерживала, рассматривая что-то внутри, и присела сверху.

— Не могу. Стара я уже, чтобы сниматься с места.

— Глупости! Я давно не видела такой крепкой женщины! — искренне возразила. Несмотря на то, что Лианем стара, в ней не чувствовалось немощи. Казалось, она как ива — и гнется уже к земле, но простоит еще очень долго. — Ну что вы забрались в эту глухомань, будто сами себя обрекли на заточение за какие-то несуществующие грехи?

По враз изменившемуся лицу женщины я поняла, что нечаянно угадала.

— Лея, сходи, собери нам в дорогу яблочек, — отправила я девочку из дома и присела рядом с Лианем.

— На мне много грехов, Аника. Но не только это держит меня здесь, — тяжело вздохнула.

— Не уйду я отсюда, и не уговаривай. — Мы посидели, я подбирала слова, чтобы все-таки уговорить женщину пойти с нами, а она явно что-то вспоминала. Наконец, произнесла: — Стыдно признаться, но мне просто страшно выбираться за пределы этой деревни. Здесь я словно в закрытом мирке и чувствую себя в безопасности. Я и в соседнем селе за все время была от силы всего пару раз и то потому что не могла доверить покупку старосте. А ты предлагаешь мне отправиться в путь, да не куда-нибудь, а в Бравель!

— В Бравель это вы мне предлагаете шагать. Вон, даже письма к своим сестрам написали.

— А куда ж мне тебя отправлять? — сварливо спросила она. — Я больше никого нигде не знаю.