Смерти вопреки

Причем формирую я его, исходя из габаритов и объемов транспорта, которым должен был быть отправлен груз.

– Но вы же доставляете его… предположим, на вокзал?

– Нет. Этим занимаются особые команды. Они забирают упакованный груз, а затем сопровождают его в пути. М-м-м… – Вилли задумался, потом изобразил на лице сомнение: – Но кое-что, наверно, все же можно разузнать. Только…

– Только прибавь мне, Алекс, еще пять процентов. Вы это хотели сказать, Вилли?

– Почти. Только не пять, а десять процентов. Оно того стоит, Алекс, поверьте мне!

– Погодите! Еще пять минут назад вы говорили, что у вас нет никакого выхода на тайники, а теперь вы утверждаете, что узнаете места их расположения. По-моему, вы собираетесь меня обмануть!

– Нет! Все не так! Просто я кое-что вспомнил! Понимаете, до этого момента меня не интересовал этот вопрос! Дело в том, что среди командиров конвоев есть мой хороший приятель. Когда идет приемка и погрузка груза, мы с ним за дружеской беседой успеваем выпить по паре-тройке рюмок коньяка. С Конрадом мы познакомились во Франции. Эх, хорошее было время! Париж, коньяк и красивые девушки! Как мы с ним гуляли! Вы… – не договорив, он замолчал, предавшись сладким мечтаниям.

– Вилли! Вы где? – спустя минуту с усмешкой спросил я своего компаньона.

– Здесь я. Здесь. Мне уже сорок два года, а я еще толком не пожил. Все! Все, Алекс! Воспоминания закончены! Гм. Теперь к делу. Последний раз он начал рассказывать, куда едет, но я его оборвал, а на этот раз все будет по-другому.

– Что нужно? Коньяк? Виски? Кофе?

– Коньяк и кофе – это то, что нужно! А теперь, Алекс, давайте выпьем… за наше спокойное будущее!

Ждать пришлось недолго. Уже спустя несколько дней, во второй половине дня, ко мне ввалился прилично выпивший Модлиц.

– Алекс! Дружище! – закричал он с порога и попытался меня обнять, но я ловко уклонился, при этом мне пришлось его поддержать, чтобы он не упал у меня прямо в прихожей. Я хотел отвести его сразу в спальню, но тот принялся упираться и требовать выпивку. Пришлось идти с ним в гостиную. Не успел я выставить перед ним коньяк, лимон и сыр, как он сразу налил себе половину фужера конька и выпил.

– Вилли, ты что, куда-то торопишься?

– Совесть, Алекс! Совесть! Она проснулась и требует…

От новой дозы алкоголя лицо полковника СС резко побагровело, а глаза подернулись мутной пленкой.

– …чтобы ты пошел в гестапо и покаялся, – продолжил я его фразу. – Я тебя правильно понял?

– К дьяволу такие шутки! У меня сегодня Конрад был.

Эсэсовец начал слепо шарить по карманам черного мундира, пока, наконец, не выудил небольшой свернутый листок.

Я взял бумажку, развернул.

– Ну… с местностью вроде понятно. А это что за название?

– Конрад сказал, что там какие-то бывшие копи есть.