Смерти вопреки

Когда тот подошел, спросил:

– Как вас звать-величать?

– Кондратий Иванович Хвостев.

– Скажите, Кондратий Иванович, дом насколько близко к лесу стоит?

Лесник какое-то время подумал, а потом уже обстоятельно ответил:

– Метров сто там будет до леса, товарищ командир. Только там не лес, а молодая поросль растет. За ней ну никак вы не укроетесь. Так что голое место там вокруг избы, как моя коленка. Вот ежели стемнеет, то тогда да. Подкрадетесь.

– Ясно. А сколько вы людей видели?

– Трех. Хотя… может, и боле будет.

– А когда стемнеет, как думаете?

Лесник задумчиво посмотрел на небо, потом сказал:

– Часа через полтора, товарищ командир.

Капитан отвернулся и обратился к стоящим рядом с ним офицерам:

– Где-то в полутора километрах от нас, за лесом, в заброшенной избе прячется группа немецких агентов. Если это те гады ползучие, кто вчера расстрелял армейский патруль, то отстреливаться они будут до последнего. Вот только плохо, что мы до сих пор точно не знаем: сколько их там? Теперь хочу услышать ваши предложения, товарищи офицеры. Начнем с вас, товарищ майор.

Милицейский начальник помялся, потом неуверенно сказал:

– Думаю, нужно дождаться темноты. Людей можем зазря положить, если сейчас их штурмовать будем.

Армеец рассуждать не стал, а лихо отрапортовал:

– Как прикажете, так и будем действовать, товарищ капитан!

Быстров посмотрел на начальника местной НКВД, затем на меня и с еле уловимой усмешкой спросил:

– А вы что скажете, коллеги?

Я уже прикинул наши возможности, поэтому сразу сказал:

– Я бы попробовал взять их, как столько стемнеет. Только не штурмом, а в одиночку.

– Даже так? – усмехнулся Быстров, оценивающе глядя на меня. – Впрочем… почему бы не попробовать.

Майор милиции и оба старших лейтенанта удивленно на меня уставились. Никак не могут понять: с чего это этому лейтенанту героя из себя корчить? То ли у молодого парня это самое геройство в заднице играет, то ли он действительно специалист в подобных делах? Вот только понять по его каменной физиономии ничего нельзя. Майор, опытный сыскарь, успевший повоевать, после тяжелого ранения снова вернувшийся на свое прежнее место, после некоторого раздумья решил, что парень совсем непрост. Быстров какое-то время задумчиво меня разглядывал, а потом сказал: – Решено. Идем вдвоем.

– Не доверяете, товарищ капитан? – усмехнулся я.

– Думаю, лишним не буду. Как-никак два года оттрубил в дивизионной разведке. У меня на личном счету было одиннадцать «языков», пока меня… Впрочем, это неважно. Значит так, товарищи офицеры. Ждем результатов от нашего наблюдателя, а затем мы с лейтенантом выдвигаемся к цели.

Ждать пришлось около двадцати минут, но ничего нового мы так и не узнали. Никаких новых лиц не было замечено.