Лерка. Второе воплощение

— Нет, но чем тебе не нравится этот вариант? — спросила, наблюдая за продолжающимися передвижениями. Судя по тому, что они что-то подтаскивали к сеновалу, эти передвижения мне совершенно не нравились. — Кажется, они хотят нас удушить тут.

Словно в подтверждение моих слов чуть в стороне послышался шорох. Я резко повернулась.

— Ага, — кивнула, а потом приблизилась к Ренольду ещё ближе — нельзя дать им понять, что мы проснулись и уже всё знаем раньше времени. — Сейчас сделают небольшие подкопы, подожгут мокрую траву и напустят сюда дыма. Мы потеряем сознание от удушья, и всё, можно брать нас тёпленькими. Мы даже сопротивляться не будем.

— Хм, — Ренольд осторожно отошёл на шаг, я последовала за ним, вцепляясь пальцами в ткань рубашки.

— Стой на месте. Я не могу говорить громко, — гневно шепнула. — Какие мысли по этому поводу? Скоро тут будет нечем дышать. Ещё хорошо, если они нас просто придушат, а если что-то пойдёт не так и сеновал загорится? Придётся выходить наружу неподготовленными, а там неизвестно что и как. Может, там и просто мужики с вилами, что тоже само по себе нерадостно, а может, и толпа обученных наёмников, чего мне очень бы не хотелось.

Я обернулась на звук голоса и невольно отшатнулась. Странное дело, даже в темноте глаза Элбана сейчас отсвечивали зелёно-жёлтым цветом, как у кошек. Выглядит жутковато, если честно. Особенно когда видишь такое не у себя под ногами, понимая, что это всего лишь безобидная кошка, а выше уровня собственных глаз.

— И как же? — Ренольд даже не шелохнулся, видимо, он уже давно привык к такому зрелищу.

— Я слышу их. Они все с этой стороны. Наверное, хорошо знают, что сеновал полон сухой травы, и мы никуда отсюда не денемся. Но с той стороны сеновала никого точно нет. Я слышу там лишь шум леса.

Я прислушалась, тут же ощущая тревожное перешёптывание лесных деревьев, видимо, именно эти шепотки меня и разбудили. Я попыталась спросить у деревьев, что там, около них, но ничего толкового не выходило. Плюнув, решила довериться слуху Элбана.

— Допустим, мы проберёмся через траву к той стене, но там доски. Как мы уберём их без шума? Нам ведь нельзя шуметь, чтобы не привлекать лишнего внимания. Если же нас услышат, то придётся драться, а мы толком не знаем, сколько против нас человек, кто они такие, как обучены и прочее, прочее.

— Я могу говорить с металлом.

Я едва не взвыла. Гимрин пытался говорить тихо, но его басовитый шёпот звучал сейчас, как гром среди тишины.

— Тихо вы, — зажмурившись, шепнула.

Ох, судя по всему, ему зажали рот. И это хорошо.

— Мой муж умеет говорить с камнем и металлом. Он хочет сказать, что может уговорить скобы, которые соединяют доски бесшумно покинуть своё место.