Волынская мадонна

Жизнь ее не баловала, проявлялись ранние морщинки, серые круги под большими зелеными глазами.

Женщина мяла в руках простенькую сумочку, растерянно оглядывала голые стены. Она пристроилась на край стула, как ей приказали, стала ждать, заметно нервничала. Глаза ее испуганно стреляли по сторонам. Олеся явно не знала, зачем ее сюда пригласили.

Скрипнула входная дверь. Другой сопровождающий ввел в кабинет худого черноволосого мужчину, что-то буркнул ему и удалился. Посетитель был жилистый, остроносый, с каким-то въедливым взглядом. Он повертел головой, сунул руки в карманы широких штанов, помялся на пороге.

– Чего вызывали-то? – спросил он и уставился на женщину, застывшую на стуле.

Она явно не походила на должностное лицо. Парень недоверчиво заморгал. Женщина приоткрыла рот от удивления.

– Леська? – пробормотал Тарас Замула. – Ну, ни хрена себе, сколько лет, сколько зим! Слушай… – Он потер лоб. – Это же не ты меня сюда вызвала?

– Тарас, ты живой, – проговорила женщина, и комната озарилась улыбкой.

Она сорвалась со стула, а мужчина расставил руки. Они обнимались, смеялись, хотя и довольно натянуто. Обстановка не давала им расслабиться. Но недавние партизаны действительно были рады встрече.

– Слушай, ты как здесь?

– Меня вызвали.

– И меня вызвали.

– А кто? За мной вроде люди из НКВД приходили."

"– Черт, да где они?

– Сказали, что сейчас придут. Ладно, давай ждать.

Их беседа стала приглушенной. Станиславу, находившемуся в соседней комнате, приходилось вслушиваться.

– А за той дверью есть кто?

– Не знаю, не заглядывала.

– Господи, Леська, не поверишь, как я рад тебя видеть. До чего же глупо все тогда получилось!..

Тут в кабинете появился третий участник этого мероприятия. Это был плечистый светловолосый мужчина в потертом костюме. В руке он комкал клетчатую кепку.

– Ребята, вы что тут делаете? – пробормотал этот человек и тут же кинулся обниматься.

Его мрачноватая физиономия расцвела.

Шелест на цыпочках вышел из комнаты в коридор через другую дверь. Там мялись Настя с Гальпериным.

Он усмехнулся, сделал им приглашающий жест, первым шагнул в кабинет и сказал:

– Добрый день! У нас сегодня встреча товарищей по оружию. Прошу присаживаться. Меня зовут Станислав Игоревич Шелест, я майор, служу в контрразведке Смерш.

За этим последовала немая сцена, почти как у Гоголя. На лицах визитеров остались замороженные улыбки. Они выбирались из оцепенения, покашливали.

Замула снова сунул руки в карманы, хотел, наверное, хоть так продемонстрировать независимость. У Леси вдруг ослабли ноги, она присела на тот же самый стул. Романюк нахмурился, озадаченно почесал затылок.

От кого-то из них исходил не самый слабый страх. Стас его чувствовал.