Волынская мадонна

Советские порядки, о недопустимости которых так долго говорили поборники независимого украинского государства, благополучно возвращались в эти места.

Люди в штатском с баулами и чемоданами покидали пассажирские вагоны. Их было немного: молодая женщина в берете, с чемоданом и ребенком, прихрамывающий мужчина непризывного возраста, семья с двумя подростками.

Вместе с ними сошли трое подтянутых мужчин в полевой офицерской форме. Капитан, старший лейтенант и просто лейтенант. Из багажа у них были только вещевые мешки, а еще у лейтенанта на плече болталась сумка. Все трое были сравнительно молоды, вели себя непринужденно.

Сойдя на перрон, офицеры прикурили от трофейной зажигалки. Скуластый капитан что-то бросил спутникам, те засмеялись.

Молодой лейтенант покосился на женщину в берете, ведущую за руку мелкого пацана. Тот прижимал к груди спущенный мячик, поместившийся даже в детской ладошке. Лейтенант подмигнул женщине, та зарделась, но, пройдя несколько шагов, как бы невзначай обернулась.

Однако лейтенант уже забыл про нее. Он, придерживая сумку, догонял своих товарищей.

На выходе со станции офицеров остановил патруль, три красноармейца с сержантом.

– Прошу прощения, товарищи офицеры, предъявите документы, – сказал сержант. – Сами понимаете, время военное.

– Ах, кабы ты первый, сержант, мне об этом напомнил. – Скуластый капитан расстегнул нагрудный кармашек, вынул тонкую стопку документов – офицерская книжка, вещевая, продуктовая.

Остальные последовали его примеру, терпеливо ждали. Красноармейцы позевывали. Сержант попался дотошный, пролистывал все бумаги, сверял фотографии с оригиналами, развернул командировочное предписание, насупился.

По губам капитана скользнула ироничная улыбка. Он быстро переглянулся со светловолосым старшим лейтенантом, на правой стороне груди которого поблескивал орден Красной Звезды. Тот тоже улыбнулся.

– Все в порядке, товарищи офицеры, – сообщил сержант, возвращая документы. – Куда направляетесь?"

"– А разве в бумагах не сказано? – осведомился капитан. – Следуем из Киева в расположение артиллерийского полка. Дата прибытия – не позднее семнадцатого августа. Побудем немного в вашем городе, к ночи сядем на паровоз, и снова здравствуй, фронт.

– Уже служили в действующей армии, товарищ капитан? – уважительно поинтересовался сержант.

– Рассмешил ты меня, малец. С осени сорок первого бодаюсь с фашистами. Как Житомир взяли, дивизию отвели на отдых и формирование, а сейчас опять на передовую.

– Всего хорошего, товарищи офицеры, – сказал сержант и козырнул.

– Подожди, парень. – Офицер поколебался, как-то смущенно переглянулся со своими спутниками и осведомился: – Тут имеются заведения, где можно нормально время провести? Мы впервые в этом городе.