Волшебство любви

 — Сын герцога Дарема? Из «Дилеммы Дарема»?

— Фу, Олконбери, я думала, вы не интересуетесь сплетнями из разряда тех, о которых пишет Грегори Слоун в своей газетенке.

— Мне все равно, сплетни это или правда, но вы должны были хорошо подумать, прежде чем связываться с таким, как он!

— Почему? — без обиняков спросила Франческа. — С кем я не должна связываться? С теми, у кого есть деньги и полезные знакомства? Но сейчас мне нужна помощь именно такого человека. — Олконбери болезненно поморщился, и Франческа решила смилостивиться над ним. — Так что вам известно о нем самом, а не о его «дилемме»? Лично я не заметила в лорде Эдварде ничего, что должно было меня насторожить. Он истинный джентльмен — вежливый, воспитанный и порядочный.

Олконбери она не убедила.

— Я не слишком близко с ним знаком. Но уже тот факт, что его имя фигурирует в газетах… таких газетах…

— Как будто он в этом виноват! — воскликнула Франческа. — У меня вообще не было бы ни друзей, ни развлечений, если бы я шарахалась от всех, чьи имена попадали в скандальную светскую хронику, включая, кстати, и вас, мой любезный господин.

Олконбери отмахнулся.

— Я — другое дело.

— Да, смею сказать, совсем другое, — ехидно заметила Франческа. — Вы попали на страницы газет благодаря своему возмутительному поведению, в то время как такие люди, как лорд Эдвард де Лейси, попадают туда из-за чужих ошибок."

"— Я не это имел в виду. — Олконбери вздохнул. — Я лишь хотел сказать, что такие, как он, привыкли получать то, что хотят, не связывая себя никакими моральными обязательствами. Ему ничего не стоит воспользоваться вашей помощью, а потом так и не найти времени на то, чтобы оказать ответную услугу.

Франческа надула губы. Ей не приходило в голову, что лорд Эдвард может нарушить слово — впрочем, она бы ему этого и не позволила. Она уже один раз закатила ему скандал и, если понадобится, закатит еще один.

— Я учту ваше предупреждение.

Олконбери на мгновение закрыл глаза.

— Хорошо. Я вижу, вы приняли решение, и я не могу его изменить. Смею ли я спросить, что вы сделали такого, что теперь он столь вам обязан?

Она улыбнулась и протянула Олконбери газету Слоуна.

— Как видите, в «Дилемме Дарема» имеются сильные преувеличения.

Олконбери прочел опровержение.

— Вы… Вы убедили Слоуна это напечатать? — изумленно спросил он. — Франческа, что вы пообещали Слоуну?

— Ничего, — ответила она. — Я его очень ласково попросила, и он внял моей просьбе.

Олконбери смотрел на нее так, словно она ударила его по голове клюшкой для гольфа.

— Грегори Слоун никогда не делает никому одолжений, не получая при этом чего-то взамен. И вы это знаете.

— И все же я ничего ему не обещала. — Франческа сделала паузу, мягко, но настойчиво говоря ему взглядом, — что пора прекратить допрос.