Волшебный компас Колумба. Неизвестный шедевр Рембрандта

 – Какой необычный узор инкрустации… Словно кружево или морская пена… Ну-ка, Тонечка, посветите мне с этой стороны…

Тоня зажгла настольную лампу и поднесла ее к шкатулке, чтобы свет падал на нее сбоку.

– Интересно… – снова проговорил ученый. – Вот здесь… Это не просто узор, это надпись. Видите, она становится заметной только при боковом освещении.

– Надпись? – переспросила Антонина. – Какие странные буквы! Это арабский язык?

– Нет, Тонечка, не арабский. Хотя буквы и похожи, так что иногда даже знающий человек может ошибиться, однако это все же совсем другой язык – персидский, иначе фарси. Здесь написано: «Чтобы открыть сию шкатулку…»

– Как, – удивленно перебила его Антонина. – Вы что – еще и по-персидски читаете?

– Да, читаю. Жизнь была долгая, так что я многому успел научиться. Итак, послушайте, что здесь написано: «Чтобы открыть сию шкатулку, вспомни имена четверых, без которых морской конь не выйдет из своего стойла».

– И что это значит? – разочарованно протянула Тоня. – Что это за четверо? И что за морской конь?

– Что это значит… – Павел Арнольдович напряженно думал, потирая пальцами переносицу. – Не такой простой вопрос… Ну, морской конь – это, скорее всего, корабль… Да, я думаю, это корабль…

– И кто же те четверо, без которых он не выйдет из стойла? Дайте, попробую сама догадаться. Капитан, штурман, рулевой и матрос? Я правильно догадалась?

– Не думаю. – Старик покачал головой. – На маленьких средневековых кораблях капитан обычно сам был и штурманом, иногда же сам и стоял за штурвалом. А матросов на парусных судах всегда было довольно много… Нет, здесь что-то другое…

– Может быть, это имена четырех ветров? – предположила Тоня. – Вот без ветра парусный корабль не двинется с места, и ветров как раз четыре: северный, южный, западный и восточный!

– А ведь знаете, Тоня, вы совершенно правы! Вот что значит – молодая голова!

– А какие же у них имена… – задумалась девушка. – Я помню, что есть Борей и Зефир, а вот еще два других – забыла…

– В греческой мифологии их действительно так называли: суровый северный ветер – Борей, западный – Зефир, южный – Нот и восточный – Эвр…

– Зефир… Это как кондитерское изделие вроде пастилы! Обожаю бело-розовый зефир!

– Верно, это кондитерское изделие и названо в честь западного ветра – в Греции он считался самым приятным и ласковым. Да только я думаю, что наша шкатулка не имеет никакого отношения к Греции. Надпись на ней – персидская, значит, и имена ветров нужно искать где-то на Востоке, поближе к Персии, то есть современному Ирану…

– Ну, уж персидские названия ветров я точно не знаю, – пригорюнилась Антонина.

– Персидские и я не знаю, – признался Павел Арнольдович.