Этот жестокий волшебный мир. Книга 1 (СИ)

Она уже успела выплакаться и разозлиться по второму кругу.

После того, как протащил через портал памяти в это богом забытое место, Ренар в полном молчании запер ее в комнате без окон и с весьма скромным интерьером: широкая кровать в углу, стол, стул и небольшой, огороженный ширмой закуток играющий роль ванной комнаты. Каменные полы, спасибо, покрывал густой бурый мех какого-то животного.

Почти сразу же после его ухода, в небольшое окошко вверху двери протянули тарелку с едой. Будучи в бешенстве, Алесана швырнула ее в не успевшее закрыться отверстие. Звон бьющегося стекла, шипение и ругательства снаружи принесли истинное удовольствие. Есть ей совершенно не хотелось, внутри жесткой пружиной сжалось такое сильное напряжение, что казалось, если она съест хоть кусочек — он будет тут же вытолкнут обратно.

Поняв, что шумом ничего не добьется, она уселась на кровать и в очередной раз прислушалась к себе. Ничего. Магия до сих пор пребывала в отключке. Да чтоб еще раз она приняла Анискир! От своей беспомощности хотелось рыдать в голос. Но нет. Слез с нее достаточно. Если верить Ойру, зелье прекратит действовать через двадцать четыре часа после приема, а значит уже к вечеру, Алесана сможет колдовать. И уж тогда — берегись! Сдерживать Пятую стихию она больше не станет. Плевать на конспирацию и предостережения декана, если уж ее похищают второй раз за последние сутки, тайна перестала быть таковой. Не за красивые ж глаза на нее все это свалилось? Знать бы еще, чего именно нужно Ренару.

Словно отражение ее мыслей, дверь отварилась, пропуская принца. Алесана тут же встала, настороженно ловя каждое его движение.

— Как это понимать? Куда ты меня притащил и зачем? — она наплевала на приличия и манеры. Принц давно перешел в обращении к ней на «ты», к чему продолжать ломать комедию? — Мое исчезновение наверняка уже вызвало резонанс.

— О, поверь, милая, здесь тебя сама Тьма не отыщет, — красивое лицо исказила усмешка, являя Алесане совершенно нового Ренара. Даже тот жесткий властный тип, что порой проскальзывал сквозь маску учтивости и ложной заботы казался милым котенком по сравнению с ним. В синих глазах плясали язычки пламени, не предвещающие ничего хорошего.

— Что ты со мной сделаешь? — тихо спросила она, понимая, что молить этого человека об освобождении — бессмысленно. Выражение его лица заочно отвечало отказом на все просьбы.

Посерьезневший взгляд лениво прошелся по ее фигуре, останавливаясь на лице. Холод скользкой змейкой прополз меж лопаток. Она внезапно захотела оказаться в прошлом вечере, в лапах не сложившихся насильников и снова пережить весь тот ужас. Можно даже несколько раз подряд. Лишь бы сделать в итоге другой выбор — не уходить из дома Ойра в академию, не встречать в его аудитории Ренара.