Волшебница для короля

— Ты выиграешь войну, даже ее не начав?

— Если бы все было так просто, Маш-ш-ша, — произносить мое имя Илару непросто, но мне даже нравилось то, как немного неправильно оно звучит. — Это всего лишь битва, но не война. Против армии Сивра, где солдаты с детства обучены волшебству, мы почти бессильны. Потери будут огромными, если война все-таки начнется.

Долго я молчала. Армия обученных солдат — это не отряд королевской стражи. Это сложнее. И дольше. И это забота не только наша с понтифом Серго, но и военных чинов королевской армии. Не говоря уже о том, что я понятия не имею, есть в Аренции вообще армия. Вдруг здесь, как в нашем мире много лет назад, король должен бегать за лордами, угрожать и убеждать, чтобы те прислали воинов.

— На это понадобится время, — сказала я наконец. — Много времени.

— Да, — не стал спорить Илар. Он обнял ладонями мое лицо и большими пальцами погладил щеки, будто пытаясь изучить его на ощупь. — Потому я надеюсь, что мой план сработает и мы получим отсрочку настолько продолжительную, насколько это возможно. Иначе… иначе мне придется пойти на то, чего я совсем не хочу. Чего надеялся никогда не допустить. Я король, и в первую очередь должен думать о благе Аренции. Браки по расчету и войны, которые я не хочу начинать, тяжелые решения, которые могут обернуться благом, а могут — все разрушить. Я могу лишь надеяться, что с твоей помощью нам удастся отделаться малой кровью.

— Я сделаю все, что в моих силах, ты же знаешь, — улыбнулась я, прижимаясь к Илару теснее.

— Вот они, слова будущей королевы.

Я шутливо ущипнула Илара за бок.

— Мы ведь уже в постели, ваше величество. Громкие обещания несколько запоздали.

Илар замер, а затем недоверчиво прищурился.

— Ты что, думаешь, я шучу?

— А разве нет?

— Маша, — Илару наконец удалось выговорить мое имя правильно. Прозвучало оно немного смазано, но все равно очаровательно. — Я жду Бала начала осени, чтобы объявить о нашей помолвке официально.

— О чем? — поднялась я, придерживая одеяло. — О чем ты хочешь объявить?

— О нашей помолвке.

— Почему? — глупо спросила я.

Мне послышалось ведь, правда?

— Мы в одной постели, Маш-ш-ша, — сказал Илар так, как будто это все должно было объяснить.

Я застонала, падая на кровать. Все мои знания о королях и их нравах базировались на книгах об Анжелике и сплетнях о Британской монаршей семье. Если я ничего не путаю, то ни в одном из этих источников занятие любовью с придворной дамой не приравнивалось к предложению руки и сердца.

— Но… — я замолчала, не зная, что хочу сказать. Из-под кровати раздалось недовольное ворчание Бусинки, который я могла бы истолковать только как: “Ну и чего ты не радуешься? Ишь ты, король жениться надумал, а она думу думает!” Кажется, если бы Бусинка могла, он бы прямо сейчас отвесила мне подзатыльник.