Дунайские волны

Датский монарх заметил нашу компанию, о чем-то переговорил со стоявшим рядом офицеров – видимо адъютантом – и после безуспешных попыток привести в порядок свою одежду, махнул рукой и решительно направился в нашу сторону.

Я отдал честь королю и, представившись, выразил соболезнование ему и его подданным, пострадавшим от пиратского нападения англо-французской эскадры. Добужинский перевел мои слова с русского на датский, и Фредерик, с чувством пожав мою руку, ответил мне, что, дескать, он будет вечно благодарен русским воинам и своему царственному брату императору Николаю за то, что они спасли его столицу от полного разрушения.

– Господин адмирал, – сказал он мне, – вы явились к стенам Копенгагена, словно ангел-спаситель. Если бы не ваши чудо-корабли, эти злодеи англичане в третий раз за это столетие подвергли бы мою столицу сожжению и разорению. Датчане никогда не забудут того, что вы сделали для них.

– Ваше величество, очень жаль, что мы не успели раньше.

– Господин адмирал, вы появились как архангел Гавриил с огненным мечом, преградившим путь этому адскому войску. У нас, датчан, есть пословица – золото познается в огне, а друзья в беде.

Господин адмирал, надеюсь, что мой брат, его императорское величество Николай, простит нас за наше малодушие и особенно за то, что мы позволили его врагам бесцеремонно пользоваться Проливами, которые даже не спросили нашего согласия. Я сегодня же напишу моему брату, что отныне мы находимся в состоянии войны с Англией и Францией и будем сражаться на стороне России. И о том, что теперь он может всецело рассчитывать на нашу помощь, как дипломатическую, так и любую другую.

В частности, господин адмирал, хочу официально сообщить вам, что наши общие враги требовали передать им порты в Кёге и Фредериксхамне в свое неограниченное пользование. Я уже подготовил указ для частичной передачи их для нужд Российской империи для охраны Проливов. Кроме того, мы были бы весьма признательны, если бы Россия разместила орудийную батарею в Эльсиноре, рядом с батареями датской королевской армии.

– Благодарю вас, ваше величество! – кивнул я. – Мы будем благодарны вам за разрешение пользоваться вашими портами. Могу обещать вам, что с нашими батареями проблем не будет.

– Господин адмирал, у меня к вам есть еще одна просьба. Не могли бы вы помочь моим солдатам и морякам укрепить Копенгаген и другие крепости Дании, отдав им хотя бы часть орудий с потопленных вашими кораблями вражеских судов? Они, конечно, по праву ваши трофеи, но когда я увидел вашу артиллерию в действии, мне показалось, что она настолько превосходит пушки с этих кораблей, что вам эти трофейные орудия не очень-то и понадобятся…

Я мысленно усмехнулся. А король-то еще тот деляга.