Вольному - воля

– Я с тобой, – вызвался Алик.

– Обойдусь.

– Но я должен...

– Можешь занять место в машине с охраной.... А со мной не надо...

– Ты какая-то нервная, тебе надо успокоиться, – укоризненно покачал он головой.

– Поговорю с Красавчиком... э-э, с этим Димой и успокоюсь...

– Все-таки он тебе нравится, – кисло скривился Алик.

– Я же тебе сказала, не твое дело!

И снова она приехала к сестре. И снова не застала Красавчика у нее. Зато сама Венера в полном порядке. Легкую подтяжку лица сделала, пилинг, все такое прочее. И квартира образцового содержания...

– А Дима твой где? – как бы невзначай спросила она.

– Все успокоиться не можешь? – подозрительно и недовольно покосилась на нее Венера. – На сладенькое тянет, да? Не выйдет у тебя ничего...

– Ты говоришь так, как будто я львица какая-то, котеночка твоего сожрать хочу...

– Ты львица, а он – не котеночек.

– В том то и дело, что не котеночек... Почему ты не сказала мне, что он сидел?

– Он?! Сидел?! – не очень убедительно удивилась Венера.

– Только не делай вид, что ты не в курсе. Сидел твой Красавчик, и ты это знаешь. С Роланом вместе сидел...

– Все-таки прознала.

– Не в лесу, чай, живем...

– В том-то и дело, что с Роланом сидел. Когда из милиции пришел, он спрятался. Как чувствовал, что по его душу. Они Ролана искали, а достаться ему могло. Он же на условно-досрочном, а это – чуть что не так, обратно за решетку...

– А сидел он за что? – на всякий случай спросила Аврора.

Хотелось узнать, искренен был с ней Дима или лапши на уши навешал.

– За убийство сидел. Людей от пьянства кодировал. Одного закодировал, а тот умер, ну, после того, как водки выпил. Думал, что Дима на испуг его берет, а нет, у него все серьезно было. Окочурился мужик, а Диму в его смерти обвинили. Был бы врачебный диплом, обошлось бы, а так вроде как шарлатан...

– Так он что, и тебя закодировал?

– Точно. Наглухо... Выпить хочется, а страшно – жуть. А вдруг помру...

– И потому не пьешь.

– Сама видишь, что нет.

Как оказалось, Дима действительно был шарлатаном. Наврал Венере с три короба, голову намертво заморочил. Но ведь в том-то и вся прелесть. Аврора поняла, что будет для сестры хуже врага, если откроет правду про Красавчика. Не стала она говорить про кражу и тяжкие телесные повреждения, из-за которых он провел четыре года в неволе."

"– А с Роланом правда в камере сидел?

– Сидел. Друзьями были. Лес вместе валили.

– И Ролан его к тебе направил?

– Он и направил. Передал через него, что прощения у меня просит. Ну, за то, что наше счастье не сберег.

– Ваше счастье? – уязвленно спросила Аврора.

– Да, наше счастье. Он же у меня жил. А потом эта история с тобой и с твоим мужем. Все наперекосяк пошло. Сказал, что сам во всем виноват...

– Ваше счастье, говоришь. А ты знаешь, какая у твоего Димы кличка? Красавчик.