На волнах оригами

 – Самообман, да? Ты его новая игрушка? А я поверила тебе, дрянь!

– Заткнись и уходи, – смерил ее крайне недоброжелательным взглядом Антон, а девушка вдруг сделала то, чего не ожидали ни он, ни я: с размаху ударила его по лицу – пощечина вышла звонкой и, видимо, болезненной. Тропинин даже не успел среагировать – хоть и отличался хорошей реакцией, но просто не ожидал подобного.

На щеке его остался красный след.

Антон замер, глядя на нее неверящим взглядом. Его, звезду с невероятным ЧСД, ударила какая-то там девица?!

А она смотрела на него взглядом, в котором перемешались и любовь, и ненависть, и обида, и что-то еще – пока что неуловимое для меня.

– Ты с ума сошла? – закричала я, не осознавая, что делаю шаг вперед, чтобы оказаться между ними.

– Я тебя ненавижу! Уже с другой! – закричала девушка, в порыве чувств оттолкнула меня и бросилась к Антону.

Тот тотчас оттолкнул ее от себя, как прокаженную, – не думаю, что со всей своей силой, однако она едва не упала.

Я смотрела на все это широко открытыми глазами.

– Ты. Что. Себе. Позволяешь, – отрывисто, с отвращением проговорил Кейтон тихо, но так зло, почти угрожающе, что я даже испугалась.

Он сделал несколько шагов к девушке и схватил ее за плечо. Глаза его горели серым огнем. По скулам ходили желваки.

Меня вдруг поразила неприятная мысль – может быть, эта девушка – его фанатка? Или… одна из его бывших «игрушек», которая не вынесла проверки?

– А ты что позволяешь?! – крикнула длинноволосая. – Имей совесть! – И она вновь занесла руку, явно не понимая, что делает.

Однако во второй раз Антон не дал себя ударить – перехватил ее руки, крепко сжав пальцы на тонком запястье.

– Я ведь тебя, правда, люблю, – проговорила она дрожащим голосом.

– Ты любишь не меня, а мой образ, – проговорил Антон устало. – Давай договоримся на том, что сейчас я оставлю тебе автограф и дам возможность попасть за сцену на паре концертов. А ты забудешь, что видела меня с этой девушкой. Я люблю фанатов, но не стоит кидаться мне на шею.

– Что? – огромными глазами уставилась на него девушка. Чего-чего, а этих слов она совсем не ждала. – Кирилл, ты… о чем?

Антон вдруг рассмеялся: громко, весело, словно и не злился всего полминуты назад. Даже в ладони несколько раз хлопнул.

До меня тотчас дошло, что произошло. Кое-кто повторил мой путь.

– Я не Кирилл, девушка, – сообщил он ей.

– Как? – оторопела та.

– Если ты хотела увидеть во мне некого Кирилла Тропинина, то сообщаю. Он мой брат. По большой случайности – близнец.

Длинноволосая вновь сощурилась, непонимающе глядя в лицо парня. Тот, весело ухмыляясь, приподнял край футболки – на подтянутом животе видна была татуировка – витиеватая надпись «На краю».

– У малышки Кира нет тату? – поинтересовался он и сам себе ответил: – Нет.