На волнах оригами

Лица ее я, конечно, не помнила, и в моей памяти остались лишь ее черные волосы: гладкие, тяжелые, блестящие, с идеально уложенной челкой, обрамляющие слегка заостренный овал лица и едва касающиеся плеч.

А еще я хорошо запомнила в тот вечер кисти ее рук. Изящные, с тонкими запястьями, закованными в тяжелые браслеты, с длинными пальцами и ярким стильным маникюром. Коротко стриженные ухоженные ногти, покрытые темно-бордовым лаком, понравились даже Нельке, потому что она уставилась на них с немым восхищением, а после долго и нудно просила купить ей такой же лак.

Черноволосая явно слышала разговор женщин и глядела в их удаляющиеся спины так, словно мечтала сжечь дотла, а после добавить их пепел в фарш, приготовленный для котлет в детском саду. Уловив вдруг мой взгляд, она подошла ко мне, встала напротив и сказала, как будто бы мы были сто лет знакомы:

– Подруга, ты была в ситуации выбора?

– Что? – не поняла я и даже невольно подалась назад.

– Ясно. Не была, – констатировала брюнетка. Ничего волчьего в ее глазах я так и не увидела. Они показались мне грустными, встревоженными и злыми одновременно.

– У тебя что-то случилось? – спросила я скорее из вежливости. Меня одарили задумчивым взглядом слегка покрасневших глаз.

– Ага. У меня случилось несчастье жить, – между тем сообщила каким-то пренебрежительным спокойным тоном девчонка. – И, черт возьми, выбирать. И как я должна это делать?

– А что конкретно произошло? Тебе нужна помощь? – робко предложила я. Нелли просто молча смотрела на девицу и крутила кончики волос, заплетенных в две косички.

– Из-за тебя парни дрались? – вопросом на вопрос ответила она. Я помотала головой. В мечтах, конечно, дрались, а вот в реальной жизни как-то мне такого счастья пока что еще не довелось испытать, и вряд ли когда-нибудь я его испытаю. Вот Нина – это другое дело. Драться из-за нее – дело почти что святое.

– А это из-за тебя там была драка? – спросила я удивленно, машинально повернув голову в ту сторону, откуда пару минут назад слышался шум и громкие голоса.

– Ага, – ее губы изогнулись в сухом смешке, как будто бы скопированном с чьего-то взрослого, вечно недовольного всем и вся лица. – Как я должна делать выбор между ними?

Я промолчала, не понимая, что от меня хотят, а непосредственная Нелли, с любопытством глядя на странную девушку снизу вверх, сказала:

– Надо монетку подбросить. Я так всегда делаю, когда не знаю, какое мороженое хочу: шоколадное или клубничное.

– А что, идея, – хрипловато рассмеялась черноволосая. – Малышка, да ты сообразительная.

Она молниеносным движением вытащила из миниатюрной модной и явно дорогой сумочки блокнотик и ярко-желтый маркер.