На волнах оригами

– Приятно познакомиться… И еще раз извините! Мне так жаль… – И она, подхватив сумочку, встала с лавочки.

– Дина, – окрикнула я ее. Девушка обернулась. – Мои слова в кафе действительно были искренними.

Она улыбнулась мне одними глазами и быстро направилась по дорожке, ведущей к кафе.

Кей даже провожать взглядом ее не стал.

– Больно? – с сочувствием спросила я, касаясь его пальцев своими.

– Нет, – с раздражением отвечал он, и я погладила его по кисти.

– Почему ты был с ней так груб?

– А почему я должен быть мил с тем, кто испортил мне свидание? – спросил музыкант. – Резонно?

– Резонно, Антош. Но давай сделаем вид, что еще ничего не испорчено? – я крепко сжала его ладонь.

– Мы сделаем вид? Легко. Но есть одно но. Теперь ты будешь ассоциировать этот день не со мной, а с ней. Истеричкой, которая забыла надеть линзы. И, – его сердитый взгляд упал на лавочку, – забыла планшет.

Он нагнулся и с недовольным видом вытащил из травы планшет в красном чехле. Все-таки из сумки у Дины успело что-то вывалиться, когда та упала.

– Кому-то повезет, – изучив его, заявил Тропинин. – Неплохая модель.

– В смысле – повезет? – вопросительно посмотрела я на молодого человека.

– Я не собираюсь брать его себе, – не так понял меня Кейтон. – Пусть валяется. Тому, кто найдет, тому и повезет. Эй, – вдруг с великим подозрением спросил он. – Почему ты на меня так смотришь? Я не собираюсь работать курьером, Катенька. Я не понесу ей эту чертову игрушку. Нет. Пошла она…

* * *Дина почти бегом вернулась к кафе «Старый парк» – ее уже ждало такси, которое она вызвала.

Перед тем как сесть в машину, Дина вытащила из сумочки фотографию – копию той, что передала не так давно Альбине. И, скомкав, выбросила. Правда, из-за усилившегося ветра не попала в урну, но не заметила этого, иначе бы точно подобрала и выкинула туда, куда нужно.

Дине до сих пор было не по себе от этого бешеного эмоционального скачка, который затуманил не только ее глаза, но и душу. Такой ярости – чистой, праведной, она давно не испытывала. Когда ей показалось, что это Кирилл и его новая девица глумятся над ее намерениями, в ней словно бомба взорвалась. Она и опомниться не успела, как стояла перед мерзкой парочкой, что-то крича, и залепила пощечину… не Кириллу.

А, как оказалось, его брату."

"Такой неловкости Дина тоже давно не испытывала. И ладонь у нее горела куда сильнее, чем щека Антона.

Она зябко потерла руки, словно на улице и не было так жарко. Задумчивый взгляд ее упал на собственное кольцо. Такое же было и у Кирилла – только бо́льшего размера.